дрочил, тем только крепче стоял член. Я его и сдаивал, чтобы не мешал.
— Я бы каждую каплю приняла своим телом.
— Однажды, помнишь, когда в подъезде с тобой столкнулся, тогда лицом ощутил мягкость твоего тела и впервые так близко увидел твою грудь, крупные сосочки просвечивались через тонкую ткань блузки. Вспоминая, наверное, раз пять кончил, родителей дома не было, и я придавался любви с тобой на расстоянии.
— Если бы ты знал, сколько времени я прождала тебя на лестничном марше, у окна, чтобы случайно с тобой столкнуться. Я даже надела короткую юбку прямо на голый зад. Не заметил моей попы и промежности, когда впереди тебя поднималась к себе по лестнице?
— Я вообще ничего больше не видел, пред глазами стояла лишь твоя грудь с припухшими сосками.
— А я думала, что ты и это подметил. Хотела, чтобы заметил! Домой зашла, дверь за собой закрыла и прямо в коридоре стала мастурбировать, тоже много раз в тот день кончила. Хотела к тебе позвонить, знала, что родителей дома нет, остановило только твое на то время малолетство. Смутилась, не решилась, но с тех самых пор мысль стать твоей первой женщиной уже никогда не оставляла меня. Даже ревновала, когда к тебе приходила твоя девушка, успокаивало меня лишь то, что не одна с подругой и недолго. Бальзамом на душу ложились мне слова твоей матери о том, что ты сторонишься девушек, боишься их.
— А я ничего не замечал! — проговорил я, вспоминая наши встречи, то в подъезде, то у дома на улице. Но, буквально все наши якобы случайные столкновения, когда я касался ее тела, оказывается, отлично помнились.
— Зато твоя мать, умная женщина, все видела и все понимала. Даже приходила ко мне и подолгу говорила о тебе с интимными подробностями, видя как жадно я ее слушаю... Все больше не могу! Обними меня крепко, крепко, соски поцелуй, я сама быстренько кончу, после продолжим.
Я прислонил губы к ее возбужденным соскам, к одному, второму, краем глаза заметив, как ее рука прошлась ладонью по животу и пальцами опустилась промеж ног. Пышная женская грудь стала подрагивать, Лена издавала стоны, я самозабвенно покусывал ее соски, пока ее тело не выгнулось, напряглось и, с криком наслаждения, не обмякло в моих руках.
— Никита, я кончила! Кончила, милый, в твоих объятьях, как давно я об этом мечтала. Прижмись ко мне, я расскажу про наш разговор с твоей мамой, накануне твоего дня рождения.
Я закинул на нее одну ногу, скользнув поникшим членом по ее ляжке, за что получил от Лены очередной долгий поцелуй.
— Ладно, слушай, — тихо проговорила она, хотя в квартире мы были совершенно одни. — Пришла ко мне твоя мать в прошлое воскресенье, принесла зеленого лука, укропа с вашей дачи и за чашкой чая вроде бы между слов, поведала мне, как отец застал тебя читающим книгу членом. Я даже покраснела, не ожидая от нее такой откровенности.
— Словно не знаешь, что все мальчишки в определенном возрасте дрочат! — усмехнулась она.
— Никита уже не мальчик, ему скоро восемнадцать исполнится! — попыталась я отойти от данной темы, чувствуя, как во мне все заколохнулось и между ног потекло.
— Так не вчера же он так книгу читал, еще два года назад. С тех пор больше не попадался, но по грязному постельному белью, белым пятнам на трусах, знаю — дрочит и по сей день. Я стараюсь его не беспокоить, надо же ему как-то справляться с избытком тестостерона. Девушка у него есть, но дальше цветов, конфет дело пока не
Хрустальные замки