вдавливаясь между ними, и пусть я не расслабил ширинку и не приспустил брюки, но и этого мне показалось достаточным, чтобы чуть снять напряженную тяжесть в паху.
Она чуть дернулась, и я ухватил ее за влажные волосы, подтягивая к себе, а затем – обоими руками за плечи, точно боясь упустить.
Ее спинка ровно прижалась к моему торсу, попка вдавилась в пах, и я сквозь влажную ткань собственных брюк ощутил, как упруго поджимаются ее ягодичные мышцы, словно желая обхватить и принять внутрь мой член.
Клянусь, еще бы секунда, и я бы сорвал с себя брюки, но в этот момент прямо над нами зарядил такой разряд, от которого город, казалось, раскололся...
Она кричала – трепетно прижимаясь ко мне...
А я кричал в ответ – но не от страха, а от величия происходящего!
Какой-то внутренний оргазм прошил меня, и мои пальцы до побеления вжались в ее плечи.
Это было словно от ударом током, когда мышцы закрепощаются и их сводит судорогой...
Это как пробуждение от громкого звука, вырвавшего вас из сна столь неожиданно, что сперва вы не можете понять границ реального...
Дождь вдруг прекратился, повеяло холодом...
Раскаленная за день плитка и камни остыли...
Последние тяжелые капли еще пузырились в лужах...
Моей прекрасной незнакомки не было рядом, и лишь в кулаке моем остались, как память о случившемся, ее трусики...
... Я вернулся в номер гостиницы, вымокший до нитки. Ботинки пришлось снять, ведь намокшие от воды, они стали жать ноги. Брюки закосал, чтобы не выглядеть ущербно...
Шедшие мне навстречу люди обменивались шутками, демонстрируя свои промокшие одежды. Кто не успел укрыться от дождя, был вынужден сушить одежду на себе... Смеялся и я, хотя в брюках неприятно хлюпало и мне хотелось по скорее сменить вещи.
Семя все же выбилось из меня, и в ванной мне предстояла уродливая «операция» по отделению вязкой подсохшей субстанции от тела... Однако струи душевой воды ничуть не походили на воду, сошедшую с небес.
Позже я узнал, что это был самый сильный ливень в этом году. За эти какие-то 20 минут над Римом выпала месячная норма осадков, многие улицы оказались затоплены водой!
Я паковал вещи в дорожную сумку, а на самый верх водрузил... ее трусики!
Ведь если она оставила мне их, значит, это что-то да значило?
Может, как Золушка, потерявшая туфельку, моя Donna Bella оставила таким образом знак, по которому ее можно будет найти?
А значит, в следующем году мне стоит вернуться в Рим, чтобы пройтись по таким уже знакомым улочкам Вечного города в поисках Вечной любви!
Без проса