огребёт, – предвкушая жёсткую расправу с дочерью, ликовала мать. Но распахнув дверь в её комнату Антонина Васильевна замерла от неожиданности. В голове мелькнула мысль:
– Похоже уже огребла... – Надежда, раскинув ноги лежала на кровати, перед ней на коленях стоял старший брат, поддерживая за ягодицы свою сестру, совершая ритмичные толчки в промежность своей партнёрши. При каждом новом ударе Надька вскрикивала, вскидывая подбородок, издавая томительный стон.
– Я вот понять не могу, – решилась прервать затянувшийся процесс Антонина Васильевна, обращаясь к своим детям, – оно похвально, что вы так крепко любите друг друга. Но это не обязательно, чтобы кто-то ещё мог наблюдать за вашими потрахушками или вы никого не ждете? Куда вы Настю спровадили? А я вошла, вы даже голову не повернули на стук дверей.
– Ой! Мамочка пришла, а мы с Серёней даже не слыхали тебя. Серенький, заканчивай скорей. Я после тебя ноги вместе не сведу. Мамуль, хочешь помочь сыночку, с меня уже достаточно. Между прочим, этот дурачок даже презерватив не стал надевать. Разбаловала его Вика.
Сергей сел в ногах Надежды и выжидательно смотрел на мать.
– Мам, хочешь? Я не долго... – притягивая Антонину Васильевну за руку к постели, с которой живо вскочила сестра, уступая место матери.
– Я спрашиваю вас, олухи, где Настюха, не хватало, чтобы она заявилась в самый интересный момент – зятёк трахает свою мать и сестру, ни о чём не думая.
– Да я услала её к Вике, Сергей домой пойдёт и вернёт её, – успокоила Надька Антонину Васильевну, натягивая трусы. Вы тут заканчивайте, а я пока в душ.
– Нет уж, милая! Разгрузи сумку в холодильник и присмотри, чтобы Настя не влетела, как я. А тебе сынок, не много ли будет на ночь глядя, чем жену радовать будешь? – стягивая через голову платье, поинтересовалась Антонина Васильевна. – Нет уж, давай лучше у меня в комнате, а то я чувствую себя шлюхой на чужой кровати.
Сергей расправив накидку на постели Надежды, вышел вслед за матерью, придерживая в руке возбуждённый член.
Так-то оно спокойнее, Сережа, – устраиваясь у себя на кровати заверила, Антонина Васильевна, сына. – Ну что там у тебя с Надькой не получилось? На Виталика она никогда не жаловалась.
* * *
Запрягая школьного мерина, Виталька прикидывал, на сколько он способен не ударить в грязь лицом пред Марией после прошедшей ночи, в обществе с Пелагей Федоровной. Забросив пустые фляги в телегу, Виталька зашёл на кухню за обещанным кофе. Чашка с налитым кофе уже ждала его.
– Да только выехал за ворота, скоро будет, – говорила Пелагея Федоровна с кем-то по телефону. Виталя, пей скорее и езжай, там уже который раз названивают.
– Кому там не терпится? Молоко что ли скисает? – спросил парень, быстрыми глотками отхлёбывая из чашки крепкий напиток.
– Зоотехник их, Людка, бесится, зараза... – кладя трубку на аппарат, сообщила Пелагея Федоровна.
– Похоже на Васькины витамины, тётка основательно подсела... – пробурчал вполголоса Виталька, – а Михаил отдувается за него, ну а я за Михаила.
– Ты про что? – оглянулась на Витальку Пелагея Федоровна.
– Да так, поеду, заждались уже... – Виталька допил свой кофе и не желая развивать свою гипотезу скрылся за дверью.
Под бренчание пустых фляг, телега прыгая по кочкам подкатила к ферме. У двери коровника, орудуя вилами, работала Мария, накидывая в тачку охапки сена на корм скотине. Завидев Витальку, она вогнала вилы в брикет из сена и подбоченись, с довольной улыбкой на лице ждала, пока тот не подъехал поближе.
– Здравствуйте Вам, заждалися, со вчера обещали приехать... –
Если бы не халат