— предложил я девушке, снимая с себя немецкий солдатский ремень, с металлической бляхой на которой было выбито, " Gott mit Uns".
— Рехнулся? Нашёл место для ебли. Спутимся вниз, и еби меня сколько хочешь...
— зло сказала мне Марьяна, пытаясь пройти к лестнице.
— Это не моя прихоть, а необходимость дорогая. Без этого мы не узнаем дал нам " Плетнёвский" призрак " зелёный свет" или нет? И он обожает когда у него на колокольне ебут женщин...
— нарочно соврал я Марьяне, зная что призрак не любит женщин.
— Хорошо, но только быстрее кончай...
— Марьяна спустила с себя штаны и нагнулась, выставив ко мне белую в синяках жопу.
— Нет, не так дорогая. Снимай штаны совсем и давай со страхом на подоконнике " по офицерски " трахнемся. Поверь, кайф от такой позы обалденный...
— предложил я девушке, и она к моей радости согласилась.
— Только крепче держи меня милый. Я ещё пожить хочу и родить от тебя ребёнка...
— ответила мне Марьяна, снимая с себя немецкие кованые сапоги, а после них галифе с трусами.
— Марьяночка, любимая моя. Я буду крепко тебя держать дорогая...
— ответил я девушке, прижимаясь стояком к её чёрному лобку. Ноги и ляжки у партизанки, представляли собой один сплошной синяк. Следы от кованных сапог полевых жандармов. Которые избили её в Захаровке, взяв в плен по наводке местного старосты.
— Да уж постарайся дорогой, не урони меня...
— сказала Марьяна, ложа на поддоконник колокольни свои галифе, чтобы сесть на них голой жопой.
— Да, милая, да родная, как же хорошо с тобой...
— простонал я от кайфа, беря девушку двумя руками за её мягкие молодые ягодицы, одновременно вгоняя член ей в чёрное заросшее влагалище. Нет что ни говори, а ебля на высоте со страхом, дает в сто раз больший кайф. Чем обычное порево в кровати. Я ебал Марьяну " по офицерски", крепко держа её ягодицы, и смотрел вниз. Где дома стоящие напротив церкви, казались игрушечными. До того была высокая эта колокольня.
— Ааа, аааа, оооооййй, так, так, хорошо милый...
— стонала Марьяна, крепко, крепко, держа меня за шею руками. При этом глаза девушки были широко раскрыты. Она их закатывала всякий раз, когда я ей доставал до матки. Но сейчас они раскрылись от ужаса. Марьяна намертво обвила руками мою шею, а ногами сжала мне бедра, и дико завыла кончая от наслаждения и от испуга одновременно. И я понял причину её животного страха. Позади нас стоял призрак полицая, я даже чувствовал спиной его тяжёлый взгляд. И если призрак стоящий позади меня, толкнет нас с Марьяной вниз, мы разобъёмся насмерь. Подумал я, изо всех сил удерживая двумя рукам за жопу,
воющую от неописуемого кайфа партизанку.
— Ты его видела? Он был позади меня...???
— спросил я у Марьяны, после того как мы с ней чуть ли не кубарем, рискуя сломать себе шеи. Спустились вниз по лестнице с колокольни на землю. И отойдя от церкви метров на пятьдесят, легли в траву, закурив по сигарете.
— Да видела, он позади тебя стоял в чёрной полицейской форме, весь седой, а вместо глаз у него тёмные дыры....
— говорила Марьяна, слегка заикась от пережитого стресса.
— А выражение лица у призрака полицая какое было....
— спросил я у девушки, в желании узнать как воспринял " Плетнёвский " призрак, то что мы принесли ему на колокольню подношение, в виде ящика " шнапса" и сигареты с закуской. И одели на себя немецкую форму.
— Я сначала досмерти перепугалась когда он словно из воздуха позади тебя
Я в плену страсти