центре комнаты. В руках она держала большое полотенце и упаковку салфеток.
А в центре комнаты, в окружении жарящих ослепительным светом софитов, стояла огромная кровать с фигурными подголовниками и витыми ножками. На ней была расстелена белая простыня, кончики которой были прикреплены к ножкам кровати, отчего простыня не теряла натяжения. На кровати не было ни подушек, ни одеяла. Сейчас я ничего на ней не видел, кроме нескольких голых тел. Обзор был очень плох. Я не видел лиц: один из актеров загородил своей широченной спиной все происходящее. Он стоял на кровати на коленях, широко расставив ноги, и я видел тонкую женскую руку, обхватившую его бедро, которым тот ритмично двигал. Было слышно громкое чмоканье. Рука актера находилась там, где у сосущей у него девушки должна была бы находиться голова.
Девушку из дверей не было видно: её голова и лицо скрывались за задом актера, а остальное тело было повернуто в сторону от меня. Ее таз и ноги свешивались с кровати, откуда между её ног виднелась голова второго актера, также ритмично двигающаяся. Там же, рядом с ним, стояла камера, которой руководил антипод нейтрализованного мною у дверей парня: оператор был толстоват, рыхловат, но с увлечением наблюдал за процессом и медленно перемещал камеру то к промежности невидимой девушки, то к её лицу.
Все трое были увлечены процессом. Оба актера были как с Викиных картинок: накачанные, сухощавые. Номер первый собирал длинные волосы в пучок, а виски побрил, а на спине была татуировка в виде кусачего дракона. Хвостом дракон упирался пареньку в копчик. Второй был коротко стрижен, на его руках, обвивавших бедра девушки, вздувались мышцы. Я убеждал себя, что не видно никаких следов, что это Вика. Звуков не доносилось почти никаких — лишь шорох простыней и чмоканье, с котором, видимо, член первого актера погружался в партнершу.
За спиной я услышал мягкие шаги. Дверь немного распахнулась, и мимо меня в комнату прошли двое потрепанных мужчин средних лет. На меня и мою куртку курьера они не обратили никакого внимания. Они прошли чуть дальше, им было видно больше, но их разговор я слышал.
— Новенькая?
— Первый раз.
— Хорошо работает.
— Дальше еще посмотрим.
— Сама захотела сразу двух?
— Да, так и написала.
— Хорошо.
— Влад и Костя молодцы, любят новеньких.
Они помолчали.
— Минет уже снят?
— Какой-то да. Мы недавно начали.
— Сейчас сделаем, что она между ними, и сосет поочередно то слева, то справа. Потом они оба лягут, а она сядет между ними на коленки. Будем снимать сзади то же самое. Сосет слева, сосет справа.
— А я хотел, чтобы она стояла на коленях и сосала у одного, а потом он менялся местами со вторым. Очередь.
— Ну тоже можно. Только если как по-моему, то она потом раздвинет ноги, а мы переместим камеру, и уже можно её лизать сзади, а она пусть сосет. Потом они меняются, и один трахает, другой лежит на спине и дает в рот. Потом ее переворачиваешь. Она лежит на спине. Один грузит ей член в горло и держит ноги, а она руками мнет сиськи. Второй в этот момент убирает руки за спину и просто её трахает спереди. Я такое у испанцев видел.
— А смысл?
— Свет не надо переставлять.
— Ааа... Мощно. А в жопу когда?
— Она в жопу не хочет.
— Чего это?
— Да ладно, и правда рано.
— В смысле?
— Ну сейчас раскрутим, сделаем пяток клипов, потом уже в жопу будем её снимать. Девка огонь. Смотри Костяну на жопу, сейчас кончит. Отвечаю. Его довести — надо уметь. Сосет
Безбашенный секс