расценить это твоё нежелание слизывать соки как неуважение. И тогда я могу вообще переступить через тебя и наказать.
Соня перекинула левую ногу через плечо отца и слегка сжала свои стройные бёдра.
— Чувствуешь, как шею ломит?
— Да, — прохрипел Мармеладов.
— Если будешь плохо стараться ротиком, я могу изо всех сил.
Семён тут же вытащил язык, демонстрируя готовность орально услужить дочери. Он принялся чавкать и сглатывать, причмокивая и вылизывая. От такой рьяной учтивости и страстного желания услужить, Сонечка хихикнула и положила обе руки ему на затылок. Она тёрлась носом об его клитор, и папаша тут же принимался теребить его языком. Она гоняла его так около 15 минут, а потом всё же, позабыв о нормах приличия, сжала его голову бёдрами изо всех сил и с визгом кончила. Она ещё несколько секунд его так удерживала, не обращая внимания на его мольбы о помощи, а затем чуть ослабила захват, и её отец рухнул на пол прямо на спину.
— У вас тут всё нормально? — заглянула Катерина в комнату, услышав крики.
Её взору открылась прелюбопытнейшая картина: Соня стояла над лежащим на спине отцом, а из её пизды как по ниточкам свисали вагинальные выделения и стекали прямо ему на лицо.
— Да, я тут решила попробовать отпользовать папашку в ротик. А то девки жалуются, что он лизать не умеет. Катерина Ивановна, вам же 33 года, вы же ещё в самом соку, хоть бы научили моего отца языком работать. А то ведь так и помрёт пизды не лизамши.
— Сонечка, ну как же можно так цинично об отце?
— Он алкоголик. Он спившееся чмо. Какой от него ещё прок? Если он ни на что не годится, кроме как уличных девочек ротиком ублажать, то пусть тогда хотя бы хорошо отлизывает.
— Хорошо, Сонечка, я постараюсь его как следует натренировать и вымуштровать.
— Ну, вот и славненько. Да, и вот что ещё, папулька, там наши девки что-то про Аркадия Ивановича Свидригайлова говорят. Ты там по своим старым чиновничьим каналам передай, что Соня Мармеладова не против с ним свидеться.
Первый минет