эротических ощущений я не испытывал, было лишь любопытство, и естество мое, писюном называемое, никак не реагировало. Ни во время купания, ни после, когда обсыхали на солнце, деталей женской анатомии я не разглядел, так как, хоть и мал был, но старался все же явно не демонстрировать свой интерес, а он, признаюсь, был. Много лет прошло с тех пор, но воспоминания о таком приключении не стерлись. Познания пришли попозже, но это уже тема другого рассказа.
Рассказ о крымских педерастах (Протест 3).