честно призналась Юлия, подумав при этом, что эскиз с бассейном вполне может и не раствориться в памяти Госпожи. И если это эпатажное плавание при гостях состоится, демонстрация её обнажённого тела перед знакомыми девиантами, конечно же, станет их обычной практикой. Юлия не была уверена, готова ли она к этому, но также не была уверена, необходимо ли прямо сейчас говорить о своих сомнениях Госпоже. Их сложившийся образ жизни не предполагал колебаний подчинённой: нужно было либо исполнять волю Хозяйки, либо сразу говорить о своём отказе.
Таких отказов со стороны Юлии за двадцать девять месяцев их отношений было всего два, и каждый был психологически нелёгким для них обеих.
Госпоже Барбаре — потому что непокорность нижней партнёрши противоречила её самоуважению и опыту в БДСМ.
Юлии — потому что в обеих случаях дело касалось трудности исполнения Хозяйской воли, но была и возможность свободного выбора рабыни, в пользу или не в пользу удовольствия Госпожи, вопреки своему страху неизведанных ощущений. В первый раз она мысленно поклялась, что второго раза не будет, и впредь она ради Хозяйки преодолеет всё, что угодно. А во второй раз она почувствовала, что не способна выполнить свою клятву, и в следующем подобном случае их отношения прекратятся.
И даже вспоминать те случаи непокорности Юлии было так неприятно, что она время от времени и мысленно, и вслух просила за них прощения у Хозяйки.
Но сейчас, к счастью, Барбара перевела общение на другую тему:
— Что было на том берегу? Понравилось знакомство со стариком?
— Да, Госпожа. В его домике мы смотрели фотографии нашего дома и разговаривали обо всякой всячине, он столько всего интересного знает. А когда наступили сумерки, он предложил выпить вина в пляжном кафе, но тогда я уже увидела свет Вашего фонарика.
— Значит, я слишком рано тебя позвала, — огорчилась Барбара. — Если предложил пить вино, значит, ты произвела на него хорошее впечатление. Ну да ладно. Что он сказал, когда соизволит увидеть наш «Дом Мечты»?
— Пообещал, что завтра к девяти утра приедет на своей машине. И провожая меня, хотел у кого-то в посёлке взять катер, чтобы доставить к Вам, еле смогла отговорить его от этой затеи, убедив, что плавать немного умею — в какой-то период юности даже мечтала об Олимпийских играх. А мою одежду он привезёт с собой.
— Уже отправила ему смс-ку, что плавание золотой рыбки благополучно завершается. Скажи, а он смотрел, как ты раздевалась? Я по телефону часто рассказывала ему, какое у тебя сладкое и изящное тело. (Её идея о том, что обратный путь Юлии будет обнажённой в морских волнах, был одним из бесчисленных всплесков её фантазии, не имевшем какой-либо определённой цели, «просто попробуем создать ещё одну красоту в нашей жизни», как говорила Барбара в таких случаях.
Для Юлии, безусловно, это плавание было связано с определённой степенью риска, и только спустя долгое время она узнала от Юргена, что в тот майский день, прежде, чем выйти с фонариком на берег, Госпожа терпеливо вызванивала каких-то малознакомых рыбаков, промышляющих на малых лодках в заливе, узнавая, не было ли акул поблизости, а также метеорологическую службу посёлка, не будет ли к вечеру сильных волн. И только услышав смех этих рыбаков, что в последний раз акулу видели в заливе позапрошлой зимой, и удостоверившись, что море будет вполне спокойным, она не стала отменять свой замысел и звонить Юргену с просьбой привезти Юлию на машине.)
— Не знаю, моя Госпожа. За буйками я обернулась, но его уже не было на берегу.
— Галантен и благороден, как всегда, — отметила Барбара. — Умница,
Оставили девочку посмотреть за мальчиком