ушками, хозяйка этой непроглядной дымки и её "питомец", паривший над бездной - стали для нас словно родные.
Просто сказать "до свидания" и уйти, оставив позади всё доброе, что успело взрасти между нами?..
На сердце начала подниматься волна тягучей печали - а запомнить ли нас Пантейа, оставит ли в памяти? Пытливый человеческий разум и щедрая на любовь душа футанари услужливо порождают предательское сомнение - может всё это было лишь искусным притворством? Запомнит ли Пан жалких, слабых существ, чьи жизни, по меркам дракона, прогорят в мгновение ока, как искры?
Что мы для неё?..
Но мерзкая слабость продлилась лишь пару мгновений, а горькие чувства развеяла нежная улыбка на моих губах - я старшая и не должна подавать вида, что мне грустно. Ведь настолько ли важно то, что думает о нас Пан? Мы любим эту милую "девочку" и не важно, даже если кажемся ей незначительными, словно пылинки.
Любовь быть взаимной совсем не обязана...
. . .
Огромный, подобный горе, коготь уносил нас на запад, знаменуя новое начало пути. Девчата украдкой роняли слёзы, не в силах обернуться назад. И лишь только мне достало смелости бросить прощальный взгляд на "девушку", теперь уже в одиночестве всё также сидевшую на своём любимом камне посреди пустынной гранитной равнины. И прежде, чем хрупкая фигурка скрылась за стеной густого тумана, на её щеках блеснули искорки влаги, рванувшие за тонкие нити печали в груди.
Отвернувшись с грустной улыбкой, тяжёлый вздох вырвался из груди - увиделось то, чего очень хотелось, лишь показалось.
Райская ночь