задницы.
— Сейчас, сейчас — он приподнялся и натянул одеяло до плеч.
Я ничего не ждала, просто развела ноги и его таз и ноги очутились между моих. Я чуточку сместилась вниз и согнула ноги в коленях. Низом живота ощутила его готовность войти в меня. Он был на мне, и я не ощущала его веса.
— Ты такой легкий — хихикнула я.
— А еще, наверное, теплый? — спросил он и дав мне ответить, поцеловал опять и надолго.
Я чувствовала, где он самый теплый. Он знал, где самая теплая я. Остальное мы нагреем под одеялом нашим соитием. Я была мокренькой и готовой. Он немного помог себе, направляя и вошел. Двигался медленно, смакуя мою тугость. Я даже немного опешила. Столько нежности, романтики, простоты и удовольствия. А еще через минуту у меня закатились глаза, я сжала его коленками, прижала к себе руками и с глубокими вздохами и мелкими всхлипами бурно кончила.
Спустя время я отошла, он все так же двигался во мне.
— Ну как ты? — он заглянул мне в глаза. — Боже, твои глаза океан!
— Ты прелесть — я прижала его к себе.
Его медленные движения немного ускорились, дыхание стало более рваным. Он задвигался еще быстрее. Я подняла согнутые ножки и развела их шире, одеяло сползло, мы тут же покрылись небольшой испариной. Он входил резче и глубже.
— Ох, Маш! — простонал он и кончил в меня.
— Да, вот так! Молодец! Кончай в меня! — я вдавила его в себя придерживая руками за спину и затылок и еще шире разводя ноги, а он все больше вжимался и все глубже протискивался в меня.
Еще несколько рваных фрикций, и он затих, я слышала только его дыхание у моего уха. И я ощутила его тяжесть, его теплую, немного потную тяжесть молодого тела. Тяжесть парня, с которым я только что занималась таким нежным и романтическим сексом. Тяжесть мужчины, чье семя было во мне.
— Я хотел бы такое в первую брачную ночь и чтоб моей женой была ты — прошептал он.
Я промолчала. Что я могла ответить? Вова хороший, но я не люблю его. Через минуту мы так и уснули — он на мне и во мне.
***Пятница. Утро. 6: 15***
Утро пятницы я встретила, лежа на животе. На улице было еще темно, а Вова уже нежно тормошил меня за плечо.
— Мааааааш! Маааааааш!
— А? Что?
— Маш, проснись!
— Что? Чего?
— Извини! Папа звонил, мне надо съездить по его указкам в пару мест по делам.
— А я тут при чем? Дверь просто захлопывается. Записку оставил бы... — вырванная недовольная из сна, я снова начала засыпать.
— Маш, у меня тут проблема...
Что за проблема, я поняла, а точнее ощутила почти сразу. Проблема упиралась мне в бедро. Проблема источала смазку. Первая мысль была послать его к чертям пользоваться рукой, но здравый смысл, что рядом не чужой человек пересилил и заставил проснуться.
— Ох, чего тебе надобно старче? — со стоном я оторвалась от постели и повисла в полусонном состоянии, на почти прямых руках.
Вова тут же подлез ближе и потыкался членом мне в руку.
— Ну и чего ждем? Залазь давай сзади на меня, я попу приподыму.
Он подлез еще ближе и наклонился к моему уху.
— А можно я тебя в попу?
Вот те на! В попу! Я рухнула обратно на постель, расслабилась и засунула ладошки под подушку.
— Маааш?! — Вова немного испугано потормошил меня.
— Ну что?! — я рывком заставила свой мозг постараться проснуться, вышло слабо.
— Ну в попу это...
— Ой, блин! — я перевернулась на спину и
Однажды вечером.