полчаса мой лопоухий Хэнки влетел с ещё большим букетом цветов. На коленях у моих ног поклялся, что больше никогда не будет ревновать и сомневаться во мне. Представляешь, Билл и Пегги до свадьбы и рождения Хэнка весело жили одной коммуной с каким-то парнями то ли из Камеруна, то ли с Ямайки. И кто из них настоящий папа Хэнка не уверена даже Пэгги. Представляешь? Она трахалась направо и налево, а я чуть не оказалась в глазах Хэнка шлюхой!
— Хи-хи-хи. Ох уж эти хиппи - дети цветов!
— И не говори, сестрёнка. Сейчас Хэнк души не чает в нашей Уитни, называет её будущей Хьюстон. И подкатывает, что нам пора завести ещё и маленького Марли с дредами и гитарой.
— Вам стоит подумать... Эй! Осторожней! Стоять, бесенята!
Два рыжеволосых лопоухих пацана в коротких штанишках на полном ходу уцепились за голубенькую коляску, едва не опрокинув её.
— Мама-мама! Мы хотим мороженного!
— А ну, тихо у меня, – приструнила близнецов дама в пальто. - Разбудите братика. Ну, вот, разбудили-таки... братика...
Она перевела взгляд со своих близнецов на младенца в коляске сестры. Розовощёкий карапуз лучистый, словно золотистый одуванчик, ворочаясь и пуская пузыри, лукаво прищурился и показал тетке кончик розового язычка.
Пошлый секрет