мне на ухо, когда тот затягивался из мундштука. Сидя напротив него, она играла бедрами, быстро разводя и сводя их вместе. В какой-то момент, сквозь дым, я увидел, что он неотрывно смотрит ей между ног. Судорожно глотая алкоголь, он, как зачарованый вглядывался в тайный просвет между двух ахуительных бедер. Она поднялась с дивана, подошла к нему, взяла его влажную ладонь и, просунув под юбку, прижала к горячей промежности. Я точно знал, что там горячо.
— Передай привет своей девушке, — сказала она сквозь улыбку, и подмигнула.
Парня здорово трясло, он залпом выпил бокал и ушел в ванную. Тогда она стащила с меня спортивки, задрала юбку и начала мастурбировать.
— У меня пожар, задыхаясь шептала она, и я видел как ее бедра блестели от влаги и мелко дрожали колени. Член быстро встал, она села на него, как на пику. Обхватив руками мою шею, начала в невероятном темпе двигаться вверх-вниз.
— Кончи в меня, кончи, — умоляла измученым тоном, — да, да, да, да, даааааааа…..
Когда приятель вернулся из ванной, мы мирно сидели на диване, пускали ароматный дымок и целовались.
Секс составлял 90% всех наших взаимоотношений. Если мы не трахались, то отдыхали после траха или готовились трахнуться. У нас даже времени на еду не было, и приходилось есть во врем
я занятий любовью. Я мог скользить между ее аппетитных ягодиц и уплетать аппетитный сандвич. Она, задрав ноги, охала в предчувствии оргазма, и просила подать соус для фри. Пока я лизал ей клитор, она облизывала ванильное мороженое. А во время минета самое время было съесть парочку круасанов, запивая Маккофе. Мы оба были вегетарианцами и обожали секс с салатом.
Еда открывала новые горизонты ощущений. Если во время оргазма держать во рту соленый арахис, по вкусу он напоминал клубнику или кислую малину, белковый крем превращался в копченую семгу, а вкус обычного огурца был совершенно неописуемой смесью сладких тропических фруктов и лука. Эти праздники разврата и чревоугодия нам заменяли походы в дорогие рестораны. Слизывая мармелад с набухших сосков я вкушал замечательный голубой сыр с запахом женского тела, а мед смешаный с соками ее вагины был ничем не хуже сладкого камамбера. Измазаные сладостями и слюной мы слипались, во всех смыслах, в одно целое.
Один или два раза в месяц у нас не было секса. Она мучилась болью в животе и, закутавшись с ног до головы одеялом, лежала в позе эмбриона с утра до вечера. Менструации были ужасно болезненными, она старалась избегать всякого контакта со мной, даже простое прикосновение доставляло ей страдание. Эти несколько дней я посвящал мастурбации.
Утром, проснувшись, лежа в постеле, я нащупывал яйца и мягко масировал их некоторое время. Если дрочить сразу после пробуждения, оргазм получался очень слабым. Я предпочитал подготовится. После легкой физразминки, вновь ложился в кровать. Зажимал член скрещеными бедрами и смотрел порно на телефоне. После завтрака в ванной, уперевшись простатой в угол умывальника, массировал основание головки, поливая ее теплой слюной и жидким мылом. Кончал здорово и продолжительно, без единого звука. После обеда, сквозь шторы, смотрел во двор на гуляющих молодых мам с симпатичными задами и налитыми колышущимися грудьми.
Смазаная кремомо ладонь заменяла их бархатные, не совсем узкие, после родов, вагины. Когда наставал вечер, в своей комнате, я доставал из тайника приспособление сделаное из мочалки-бублика и мягкой тряпки- имитатор влагалища, одевал призерватив, капнув в нево немного зубной пасты, и удовлетворял несуществующую женщину, которая называла меня «мальчиком». Но, даже переживая более глубокие и яркие оргазмы онанизма, мне все равно не хватало женщины. Я тихонько заходил в
Секс, летний дождь и нарушенное обещанье