уже не говоря о том, что моя вторая нога откинулась в сторону и вовсе
неприлично, полностью раскрывая все мои интимные места перед похотливыми взглядами «малолеток».
Но этого было мало! Фельилландер не стерпел такого обращения со своей собственностью и схватил мою вторую ногу. И оба эльфа, презрительно пыхтя в мою сторону, потянули меня в разные стороны! Теперь уж мне стало не до того, кто, насколько глубоко и каким взглядом окидывает мои интимные подробности — не быть бы разорванной пополам! Меня, растянутую в полном шпагате, приподняли так, что мои волосы мели землю, а на самой поверхности лежали только безвольные кисти рук.
Однако разум возобладал над эмоциями, и я поломанной куклой шлепнулась в траву. Эльфы тут же принялись меня поворачивать, крутить и вертеть, совершенно не заботясь о моей скромности. Ни одна уличная танцовщица не представала перед своими зрителями в таком многообразии непристойных поз. Все ж таки Фельилландер выиграл. Его отметин оказалось больше. После подсчетов мой эльф небрежно шевельнул пальцами в моем направлении, и все ссадины, включая следы от зубов и ожог тут же были излечены.
Я почувствовала облегчение. К тому же тот массаж, что устроили мне противоборствующие стороны, благотворно сказался на моей подвижности. Мне удалось собрать руки-ноги в кучу, хоть как-то прикрыться от любопытствующих взглядом и даже чуть приподнять головку. Я не без удовольствия смотрела продолжение ссоры: Эндермерон заявил, что Фельилландер по пути убрал несколько его меток с моего тела, и вскоре воины двух кланов стояли напротив друг друга с обнаженными клинками. И пусть они не поделили всего лишь почетную добычу, мне было лестно, что остроухие мальчики готовы поубивать друг друга из-за меня.
Кончилось все тем, что сверкнул портал и на поляну вывалился еще один эльф. Кто-то пожаловался папочке! Новоприбывший не выглядел старше «молодняка», однако по тому, как его взгляд равнодушно скользнул по моему, едва прикрытому ладонями телу, я поняла, что это старейшина, лет 300 или 500 от роду.
Порядок был тут же наведен — я отдана Фельилландеру, часть эльфов отправлена отпускать добычу на волю (меня это почему–то не касалось), другая часть — собирать сухостой и вообще готовить еду.
Я поймала на себе злой взгляд Эндермерона. Я тут же, как могла, приняла непринужденную позу, подчеркнуто блядски облизнула губки язычком и в завершении послала чувственный воздушный поцелуй. И все это вместе с максимально оскорбительным видом. Надо было видеть, как разъярился эльф! Не знаю, что он хотел сделать — то ли оттяпать мне голову, то ли изнасиловать прямо здесь... Вряд ли мне понравилось бы первое, но и от второго его удержал возникший из воздуха старейшина. Один только его взгляд заставил Эндермерона опустить голову и поплестись за остальными. Впрочем, он еще обернулся. Не сомневаюсь, увиденное ему не понравилось — я нежно обвила руками колено презрительно поморщившегося Фельилландера и, с обожанием хлопая глазками, преданно смотрела на него снизу вверх.
Эльф отвел меня к своему шалашу и, подтолкнув к свисающему пологу из длинных листьев, буркнул: «Я скоро вернусь». Миленько, решила я, когда вошла в просторную зеленую комнату. Садящееся солнце, все еще проникало в щели между листвой, красиво перевитой гроздьями розовых мелких цветов. Ложем служили охапки мягкой душистой травы, усыпанной неизменными цветочками. Ну, что ж, отдаваться остроухому в таких условиях должно быть приятно.
Я разлеглась на уютном ложе и поспешила привести себя в порядок. Мана после воздействия на меня магии Фельилландера стала скапливаться очень быстро.
К тому же мне показалось, что мои энергетические каналы расширились. В них появилась эльфийская нотка. Я довольно улыбнулась: хотя эльфы, как маги, были пока
гейские фантазии, история любви