меня уже попа сильно болит. И слушаться Вас мы будем, только не бейте, всё выполнять будем, - мычит Кира.
— Ну если вам иначе не доходит, буду бить. А сейчас - бегом отсюда, раз нашумели, здесь нельзя дольше находиться.
Отвёл я их подальше, затем посадил Зою на небольшой пенёк и, сам сняв с неё сапожки, осмотрел её ноги. Медички! Конечно - натёрли ступни! Смазал спиртом и зелёнкой, что подала Зоя, поднимая её ножки с маленькими ступнями так, что мне были видны её синие рейтузики, намотал вновь портянки, запашок уже от портянок есть. Теперь Зоя с удивлением отметила, что ногам хорошо стало в сапогах. Мотать портянки - это искусство, а носки за пару дней просто истлеют в сапогах. Таким же образом переобул Киру, только рейтузики у неё были розовые. Вот теперь мы можем идти дальше, ноги не натрём, теперь понятно, почему я вам приказал тогда разуться! Они покивали и пообещали слушаться во всём.
По дороге у нас было ещё приключение, но прибыльное. На одной поляне какие-то окруженцы готовили что-то типа кулеша в большом котелке, поставив его над костром. Идиоты - в лесу вечером костёр виден издалека! Я поздоровался из-за дерева, вдруг пальнут, а эти герои перепуганные, услышав мой голос, вдруг рванули в разные стороны. Так что котелок я снял с рогулек и понёс с собой - мы сами доварим и, что естественно, поедим горячего. Через пару часов девушки совсем выдохлись, явно в походы не ходили, а я ведь им давал и передышки, чтобы восстановить свои силы. Да ладно, уже вечереет, нужно устроиться, поужинать и спать до рассвета. А с первыми лучами - вперёд! И без песни!
Смотрю - а в стороне большой закрытый овраг, да ещё и крохотный ручеёк журчит по нему. То, что нам и нужно! Мы отлично поели горячего кулеша, потом я помыл котелок, налил воды и, подогрев её, отдал девушкам новую команду - "Раздеться!" Девушки остолбенели, да щелчок курка их же "ТТ" и вскоре, громко всхлипывая, они стояли совсем голыми, с ненавистью глядя на меня.
— Насиловать будешь под пистолетом, да? Ты не капитан, а подонок, вот ты кто! - ох и Кира, глаза просто молнии мечут. Ну а Зоя стоит молча, только так смотрит исподлобья, мол, чему быть, того им не миновать.
— Намного хуже, красавица Кира, намного хуже. Сейчас вы, милые девушки, будете немного удивлены моими действиями.
Накинув плащ подполковника на голую Киру, я полил не менее голую Зою горячей водой и стал её намыливать мылом из несессера этого бедолаги-подполковника. Чудесно пахнущее мыло, создавая классную пену, так волнующе скользит по изгибам аппетитного тела Зои, а её пухлая упругая попка так ласкает мои нахальные пальцы. Обалдеть как приятно, так что хорошо, что мои галифе затянуты, а то мой "старый друг" уже шевелился вовсю, явно мечтая побывать в чудесных недрах тела этой возбудительной медсестры. Ах, какая у неё грудь, у Киры намного меньше. Я даже слегка помял и с удовольствием погладил её шикарную грудь, одновременно намыливая, Зоя стояла тихо, изредка всхлипывая, но руки держала по швам. Затем смыл мыло с неё горячей водой, Зоя так сладостно охнула, явно ей было приятно после всех скитаний ощутить свежесть своего чистого сейчас тела. Я тщательно вытер девушку и уложил её в спальный мешок.
Таким же образом помыл и Киру, та уже немного успокоилась, хотя точно надеется на изнасилование, вон как глазами своими большими сверкает. А когда я её вытер, то быстро схватила свой "ТТ" и направила на меня. Ну
Спасение и Любимый