полотенце, вышла, картинно виляя соблазнительным задом. Я обтёрся и поспешил за ней.
Комната погрузилась в полумрак. Я пошарил глазами и нашел Анну на коленях у Макса, Галину с двумя бокалами, ожидающую меня. Ольги, к моей радости, не было.
— Давайте выпьем за Галю, не как юбиляра, а как женщину. Гляньте, какая фигурка, какая попка, какие грудки? А? И чтоб, как женщине ей было хорошо! И не только сегодня!
Погремели стеклом, выпили. Играла тихая музыка. Анна, похоже, сегодня Макса отпускать, больше не собиралась. Её лёгкая фигурка слилась с Максом в долгом поцелуе. Я обнял Галю за талию и в танце стал целовать в губы. Тёплое мягкое тело трепетно прижалось ко мне. Куда делась недавняя ожесточённость? Столько не израсходованной ласки плескалось в её глазах, и готово было выплеснуться на меня, только приоткрой дверку девичьей неуверенности, сдерживающей этот поток. Была, не была. Лежащий на полу ковёр кольнул наши тела. Я покрывал тело Гали поцелуями. Прижался рукой к трусикам и погладил сквозь влажную местами ткань, промежность. Отодвинул ткань в сторону. Пальцы ощупали сочащуюся щель, нашли неярко выраженный клитор, нырнули к влагалищу. Её зажатые ноги распахнулись, сдавая крепость на милость победителя. Стащить с неё мокрые трусики — одно удовольствие. А как она пахнет!? Это не тяжёлый запах похоти Ольги, вперемешку с потом, нет. Это запах лёгкого морского бриза. И не навязчивых ароматов духов. Мы долго валялись на полу, а я всё гладил и гладил её тело, целовал и целовал в губы. Лишь изредка рука касалась её половой щели, проводя пальцами по мокрой вульве. Она вздрагивала, замирала в ожидании, а я только снова и снова дразнил её, оттягивая желанный момент полного обладания. Я ждал от неё ответных ласк, желание отдать которые, я читал в её глазах. Но дождался только робких касаний прохладными руками горячего члена. Что ж, придётся идти обычным путём, осыпая её нежными касаниями и поцелуями. Проторённая дорожка шла от шеи к приятно кол
ышущимся грудям с торчащими сосками, через равнину живота с распадком пупка, через холм лобка, с аккуратным стриженым газоном белёсых волос, и вниз, в овражек. Гладко, совсем недавно, выбритые губы раздвинулись, и моё горячее дыхание обожгло низкорослый гребешок и маленький бугорок клитора. Она и ждала, и боялась, то прижимая, то отталкивая мою голову. Язык сделал своё дело и вот уже ему навстречу, в такт моим движениям, с тремором во всём теле, Галя задвигала тазом. Ещё не много и она кончит. Мои пальцы прокрался снизу к, удивительно высоко расположенному, входу во влагалище, и нырнул в него. Оказалось, достаточным, несколько раз фрикнуть пальцами по верхней поверхности вагины и Галя кончила. Вскрикнув ой-ёй-ёй-ёй! и несколько раз обжав мне пальцы, расслабилась, продолжая копошиться пальцами в моей причёске. Настал и мой черёд. Теперь я шёл в обратную сторону, но миновав шею и губы, упёрся членом ей между ног, и не торопясь, не помогая руками, начал головкой искать вход во влагалище. Конечно, я знал, где оно, но специально тыкался вокруг, да около, поднимая в ней вторую волну возбуждения. Сначала она просто лежала, раскинув ноги и ожидая, когда я войду в неё, но, не дождавшись, начала водить задом, подставляя мне вагину. Нетерпенье её возрастало, и я наградил её лёгким проникновением, только головки, чуть поёрзал на входе, и снова вынул. Теперь я входил в неё, с каждым разом всё глубже, и тут же полностью вынимал член. Она старалась задержать меня в себе, двигая зад за ускользающим членом, но это не помогло. Тогда при следующем
Это по любви