тел. Мы забылись в оргазме, отказались от восприятия друг друга по отдельности и расцвели в новом теле. «Имя которому — любовь!» — сказала бы Катя. «Имя которому — блядство», — поправил бы я её. Но всё это уже было неважно. Повалившись в объятия друг друга мы ещё долго приходили в себя от ошеломляющего разрушившего все устои секса, случившегося между нами.
15
Встречи с Олей проходили теперь с учётом Катиного жёсткого графика. Климова училась во вторую смену, Оля в первую, и этот, казалось бы, благоприятный момент, призванный поспособствовать развитию международных отношений, на самом деле нисколько не улучшил микрофлору, установившуюся в нашем любовном треугольнике.
— Ну как там? — посмеивался Алекс во время наших регулярных встреч в тренажёрке. — Дерёшь их по очереди или уже вместе?
Маленький гигант большого секса понятия не имел о том, с какими логистическими задачами мне приходилось иметь дело.
— Помог бы, что ты ржёшь! — гневился я, обнажая зубы.
— Скажи Кате, что я готов принять её в свою команду, — подмигивал Алекс.
— Катя зато не готова.
Мы укладывались толкать штангу. Наши грудаки залились сталью по самое не балуйся. Восторженные комплименты двух моих подопечных непрестанно подхлёстывали меня отметиться новым личным рекордом.
А сколько страсти и любви пробуждали в женских мозгах поглаживания бугрящихся мышц. «Есть в этом что-то животное, — пришёл я к выводу однажды. — Доисторическое!»
Ещё бы! Когда девушка ведёт пальчиками по бицепсу, так и хочется его напрячь. Когда она добирается до члена, тот уже стоит как штык.
Однажды я свёл их снова вместе: Олю и Алекса. Мы сидели с куколкой в любимом кафе, за окном первый снег укладывался в пуховое одеяло, ничто не предвещало бурного развития межличностной драмы.
— Привет, — сдержанно прозвучало за нашей спиной. Мы обернулись. Алекс собственной персоной возвышался почти до потолка. Широко расставив ноги, как и положено баскетболисту, он светился от самодовольства.
— Привет, — невесело пискнула Оля.
— Здорово, — я схватил друга за руку. Мы побратались, и он рухнул в кресло напротив. Официантка заботливой пчёлкой подлетела и приняла заказ.
— Что, не ждали? — Алекс ухмылялся.
На самом деле я заранее подсказал Алексу, где нахожусь, не сказал только с кем.
Оля, сложив ручки на коленки и опустив глазки, застыла, как и положено куколке. Только что живой человек, она улыбалась и смеялась, и тут — на тебе, будто ушат холодной воды на неё вылили. Только что не дрожит.
— Да, не ждали, — многозначительно заключил Алекс.
— Оля, — сказал я как можно спокойнее. — Ты же не возражаешь, что мы с Алексом по-прежнему друзья?
Я посмотрел на неё, она приподняла удивлённый взгляд.
— Нет, — неуверенно ответила, поведя плечом.
— Что было, то было, — я улыбнулся. — Алекс на самом деле не такой уж и плохой человек.
Мы засмеялись. Даже Оля, раскрасневшись, посматривала на меня с укором, будто говоря: «Ну зачем ты так меня мучаешь! Отправь уже своего друга подальше!»
Но вечер только начинался. Выяснилось, что у Алекса недалеко свободная хата стоит. То есть, он снимает её с недавних пор. До этого он жил в общаге, и вот обзавёлся собственным гнездом. Нас он пригласил отметить новоселье.
— Пойдём, — уламывал я мою строптивую подругу. — Если будешь на него обижаться, то зачем вообще тогда жить?
Не знаю, зачем я ляпнул столь громкие слова, но, видимо, именно они и возымели над Олей силу. Она поднялась и поплелась за мной, увлекаемая сильной рукой.
Мы зашли в старый двор одного из центральных районов города. Удивительно, как темно и угрюмо здесь может быть порой, даже несмотря на центральное
Это был обычный зимний день