Наша любимица, умница, начальник смежного отдела, стояла в дверях, положив руку на округлый животик.
— Маруся? Каким ветром тебя занесло, ты же в декретный отпуск собиралась?
— Ну как я могла уйти в декрет, не увидев своё, наше творение? Завтра покажите мне нашего новорожденного и всё можно готовиться к рождению своего.
— Ты как долетела? Где остановилась? Как самочувствие?
Она, заваленная кучей вопросов, отмахивалась и отступала в номер.
— Да нормально всё. И чувствую себя хорошо, и малыш не беспокоит, и остановилась в соседнем номере. Вы извините, что похозяйничала тут у вас. Вот ужин заказала. Проходите, садитесь и рассказывайте, как у вас дела, как установка, заработала?
— Давай, Мариша, выпьем за твой чудесный приезд!
— Мальчики, я же...
— Коньячку, чуть-чуть, не повредит. Крепче спать будет.
— Ладно! Чуть-чуть.
Разговоры об установке, о её капризном характере были долгими, и не заметно коньяк общими усилиями был выпит. Было жарко и мы с Максом, на правах хозяев обнажили торсы. Марина долго терпела, вытирая платком лоб.
— Я пойду, переоденусь. Топят тут нещадно.
— А мы пока проветрим комнату.
Она вышла.
— Я бы ещё выпил. У нас есть что-нибудь?
— А ты покупал? Ладно. Схожу к Ксюше, у неё всегда в заначке есть.
Я накинул майку и спустился к дежурной.
— Это кто же из вас ей ребёночка заделал? — встретила меня вопросом Ксюша, ехидно улыбаясь.
— Ксюша! Это наша коллега и она замужем. А приехала она в составе комиссии по приёмке. Так что не ревнуй, а выдели ещё бутылочку коньяка.
— Ну-ну. Коллега. Осторожно там! Ребёночка не покалечьте!
— Ксюша! Фу! какая пошлость!
Я взял пакет с коньяком. Поднимаясь в номер, я думал, а беременным можно трахаться? и если можно, то до какого времени? Вот только беременных я ещё и не трахал. Пришло же такое Ксении в голову.
— Что? Ещё не пришла? Наверное, наряд выбирает. Давай пока по одной без неё. Да и вообще её, наверное, хватит.
— Что ты за неё решаешь. Она взрослая женщина, должна сама отдавать отчёт своим поступкам. Ну, поехали.
Коньяк приятно прокатился по горлу и разлился теплом в желудке. Я снял джинсы и переоделся в трико. Макс это уже сделал пока я ходил за выпивкой.
В дверь постучали. Марья вошла и, поразив нас своим нарядом, присела к столу.
— Я подумала, что мы все свои люди, а тут очень жарко. — Оправдывалась она, запахивая шелковый халатик. Под халатиком угадывалось присутствие только трусиков.
— Правильно. Чего тут стесняться. Что мы, голых женщин, не видели, что ли?
— Я не голая!
— Вот я и говорю, чего тут стесняться. Всё правильно. Должно быть комфортно. Верно?
— Давайте и выпьем, чтоб не было стыдно.
— За бесстыдство, что ли? — усмехнулась Марья.
— Если тебе нравится такая формулировка.
— Ты ещё скажи — за свободу нравов.
— Нет, это совсем другое. Я говорю о некотором расслаблении, что ли.
— То есть ты хочешь распоясаться? — издевалась, острая на язык,
Как я печатала реферат