ему, совершенно забывшись. Она глухо стонала в подушку, когда он проникал в неё.
— Какой он у тебя сегодня большой... — прошептала она, — намного вкуснее, чем обычно.
Она закрыла глаза, её вытянутое лицо исказилось. Катя больно укусила себя за губу, чтобы не закричать и выдохнула от наслаждения. Марк остановился, так и не кончив. Впрочем, он сегодня вряд ли смог выдавить из себя хоть каплю.
— Утром давай ей все расскажем — сказал он тихо Кате, — я люблю тебя. И хочу быть только с тобой.
Катя неожиданно заплакала. Слезы покатились градом по щекам, она прикрыла рот рукой, сдерживая рыдания, подобно тому, как минуту назад сдерживала стоны наслаждения. Катя плакала, а Марк сидел на диване, совершенно не понимая, что это, слезы радости или печали.
Шалунья