– Говорила, Паш, согласна она, хоть сегодня согласна. Вишь, как всё удачно сложилось. Внучка к себе заберу, а ты у неё заночуешь, побалуешь бабу. Или у тебя другие планы на ночь?
– Какие у меня могут быть планы, если я пять минут назад узнал о стационаре. Сейчас и пойдём, только схожу в столовку.
– Да что тебя Ирка не накормит, на кой тебе эта баланда сдалась? Я тебя внизу подожду, Ирке позвоню, чтобы сынка ко мне отправила и на стол накрывала. Иди, Павлик, одевайся.
Пашка юркнул в палату и выхватив из тумбочки электробритву, на скорую руку принялся за двухдневную щетину.
– На танцы собираешься, Павлуша? – Заинтересовано приподнялся на койке старик, откладывая книжку на тумбочку.
– Помещение под наш офис иду смотреть, дедуля. Обещали выделить средства на обстановку, постельное бельё, что-то из продуктов. Ты, дед, какой чай предпочитаешь: индийский, грузинский, азербайджанский?
– Тьфу на тебя! Охламон, сказать трудно без подъёбок? – в сердцах сплюнул дед.
– Да ладно тебе, дед! Пошутить нельзя что ли? На дневной стационар меня отправили. К утру жди меня и я приду, только очень жди... Без меня моих баб не щупать и на койке моей не прыгать. Ну пойду я, до завтра, мужики!
Спускаясь на первый этаж, Пашка, счёл своим долгом заглянуть к Айгуль и предупредить её о смене распорядка в его больничном укладе.
– Паша, я занята, честное слово, мне некогда, – взмолилась Айгуль, останавливая парня с объятиями. Но обратив внимание на то, что на нём гражданская одежда, а не больничные обноски, удивилась.
– Павлик, тебя выписали? Ты зашёл попрощаться?
– Утром, Гуленька, буду. Меня ваша главная на ночь домой отправила, на дневной стационар определила. Схожу в политех, может, уволили по тихой, пока здесь клопов кормлю. Дома бабуля меня подкормит, а завтра к утру прибегу.
Пашка обнял Айгуль и нежно поцеловал её в губы, сжимая в ладонях мягкие ягодицы девушки.
FFM