же воскресенье, это всё не случайно, совсем не случайно. Что-то с Джимом не так! Ох, беда!
— Джим, милый-сказала она как можно спокойнее-ты не мог бы пока пойти к себе? Сейчас мне надо поговорить с доктором, а потом ты вернёшься и продолжишь.
— Конечно, никаких проблем!-как всегда согласился Джим и захлопнул ноутбук.
А в прихожей уже звонил звонок и, едва лишь открыв, Тереза сразу же всё поняла по лицу доктора.
— Умоляю вас, Джим серьёзно болен, да?-пролепетала она, зайдя на ватных ногах в гостинную.
— Да, очень серьёзно. Подтвердились мои худшие опасения-и доктор Картер произнёс несколько страшных слов.
Тереза в изнеможении опустилась в кресло.
— Но ведь ещё можно что-то сделать?
— Боюсь, что уже слишком поздно. Обычно после первого приступа наступает временное улучшение, а потом...В общем, через две недели лучше всего положить Джима в хоспис. Я договорюсь.
— Нет, что вы! Мы же ведь живём в двадцать первом веке. Быть не может, чтобы нельзя помочь!
— Увы, увы. Да, мы сейчас можем многое, но отнюдь не всё. Мы всего лишь люди, а не боги. А вы не думайте, что я сидел сложа руки. Джим-отличный парень и я, и весь персонал просто в восторге от него. Разумеется, я уже разослал письма всем коллегам-и в Канаду и в Европу. Мы ухватимся за малейший шанс!
— Доктор, умоляю вас! У меня есть средства. Только спасите моего малыша-он мой единственный близкий человек!
— Ну о чём вы говорите-тяжело поднялся доктор Картер.-Чтобы спасти его, я бы сам отдал свой последний цент! Сделаю всё, что смогу и даже больше. Я всё время буду на связи-и он стремительно вышел, не желая затягивать неприятный разговор.
Тереза не смогла его проводить. Некоторое время посидев в кресле, она спохватилась, вскочила и побежала к сыну.
— Ну и что говорит доктор?-небрежно осведомился Джим.
— Что у тебя есть небольшие проблемы-растерянно пролепетала Тереза.-Через две недели тебе, наверное, надо будет лечь в госпиталь.
— Вернее, в хоспис-спокойно уточнил Джим и повернулся.
— Ты знаешь?!-потрясённо прошептала Тереза.
— Да, знаю. Вот этот айфон ты подарила мне на прошлой неделе, но ведь мой старый пока тоже работает и я перед приходом доктора позвонил с него на новый, а потом вышел и оставил его в гостинной, он и сейчас там лежит.
— Джим, милый!-Тереза изо всех сил обняла сына и бурно разрыдалась.
— Не надо, мама-в глазах у Джима тоже заблестели слёзы, но он по-прежнему говорил очень спокойно.-Не стоит плакать! Пусть я прожил не слишком долго, но зато очень хорошо и это всё благодаря тебе. Я всегда любил тебя и буду любить до последнего вздоха! Вот только об одном я сейчас жалею-что у меня ещё ни разу...ни с кем...ну, это...ни разу не было...
— Секса?-тихо подсказала Тереза.
— Ну да. Я же не знал, что всё так выйдет. Думал, мне ещё рано.
— Ну а ты хотя бы успел...
— Подрочить? Да, но всего несколько раз. В первый раз я так сделал только в прошлом месяце. Это, конечно, приятно, но всё-таки совсем не то, верно?
Горячо обнимая сына, Тереза стремительно соображала, что же теперь делать. Она сказала доктору правду: Джим действительно был её единственным близким человеком. Никого и никогда она не любила так, как его. Поэтому с его потерей теряла смысл и её жизнь. Привычный мир в одну секунду рассыпался в прах, но что-то спасти ещё было возможно и, наконец, она решилась.
— И всё-таки, Джим, у тебя будет секс-тихо, но твёрдо сказала Тереза сыну.-Прямо сегодня, прямо сейчас!
— Мама, да ты что?-удивился Джим.-Да неужели же?..
Восьмиклассница