Там было тепло, мягко и влажно. И мне было очень уютно внутри неё.
Нет. Уютно не то слово. Мне было комфортно! Я мог бы находиться в ней без движения целую вечность, настолько там было прекрасно.
И безопасно!
Но мне было пора двигаться. Я сделал толчок. Она тихонько охнула и положила свою руку мне на спину.
Я почувствовал её легкую тревогу. За себя? За меня? Но вместе с тем я ощутил и наплыв нежности. Конечно же ко мне!
Я решил поозорничать и сделать еще один толчок, хотя до этого так не частил.
Она опять охнула, и я беззвучно засмеялся. Она тоже улыбнулась, и вместо тревоги, вместе с нежностью, я почувствовал её радость.
И улыбку.
Да, улыбку я тоже почувствовал. Но не увидел. Я вообще не вижу. Только чувствую. И так было всегда. Сколько себя помню.
Меня окружает темнота!
Но скоро, очень скоро, это должно закончиться. А пока она гладила меня по спине, и говорила мне нежности. У неё очень мягкий приглушенный голос. Она часто разговаривает со мной, когда мы наедине. Её слова и ласки меня успокаивали. Я живу ею, я дышу ею. Нет, правда-правда, это так оно и есть.
Я постоянно чувствую её присутствие.
Иногда у неё неожиданно портиться настроение и она начинает капризничать. Часто ухудшается самочувствие, и я чувствую как ей не хорошо. Мне почему-то кажется что это из-за меня.
Очень часто она испытывает чувство голода, и может есть то, что никак не сочетается друг с другом. Это они сами так считают. Я в этом ничего не понимаю, и голода ни разу не испытывал. Её состояние приносит неудобство другим, но никто не ропщет. А папе приходиться решать проблемы её аппетита.
Вот скоро он появится, и она с радостью расскажет ему что я снова толкался. Причем два раза. Он долго будет держать руку на моей спине (хотя им то кажется что он держит руку на её животе), и даже прикладывать ухо. Но я в эти моменты не шевелюсь. Я его робею, а ещё больше уважаю. Он у меня строгий. Наверное.
Но с мамой он строг не бывает. Никогда. Даже когда она капризничает. Ведь он её сильно любит. Я это тоже чувствую. Хоть и не так хорошо как её.
Иногда он со мной разговаривает, и даже поёт мне. У него приятный, густой голос.
И сильный.
Наверное такой же, как и он сам.
Бывают моменты когда я его чувствую совсем рядом. Не когда он гладит меня по спине, а когда у них с мамой происходит близость. В этот момент я радуюсь за них, потому что чувствую как им вместе хорошо.
В такой момент я зародился.
В этот момент я слышу их голоса, но не могу понять о чем они говорят. Какую информацию они передают друг другу?
Чаще слышу голос мамы, почти постоянно. Папу реже, он сдержанней. Иногда их вместе, и я не могу понять как они могут говорить одновременно?
В их разговоре монотонные, однообразные, певучие слова. Может они как раз друг другу поют? Ведь когда людям хорошо они слушают песни, и им становиться ещё лучше.
А о чём поют мама с папой я не понимаю. Нужно будет выяснить это в дальнейшем.
* * *
Нам с мамой захотелось солёных грибов с вишнёвым вареньем. Вообще-то этого хотел я, а ей передаются мои желания.
В маминой памяти хранятся большая коллекция разнообразных вкусов. Сегодня мне захотелось именно эти два.
Когда пришёл папа, "мы рассказали" ему о своих желаниях. Я почувствовал как сквозь нас проходит волна его удивления.
Нет! Такой силы эмоции правильнее назвать потрясением.
Он почему-то не мог постичь простой вещи — вместе это очень вкусно.
Еще не готова