открывая доступ к своей истекающей соками щёлочке. Влагалище её было влажным и блестящим, дразня я провёл пальцем по клитору, заставляя её в предвкушении закусить губу, пристроился сверху, ухватил слегка ослабший после первой разрядки, но не утративший силу член и, приставив головку, очень медленно и плавно вошёл по самые яйца. Раварта закатила глаза и тихо застонала, когда мой ствол вошёл в неё полностью, расширяя эластичные стенки и упираясь головкой в шейку матки. Я остановился в таком положении, провёл пальцами по её груди, дразня и распаляя сильнее, а после начал движение. Очень размеренно, очень плавно, заставляя прочувствовать каждый миллиметр, каждую жилку на члене, что сейчас заполняет её изнутри, и она это чувствовала, ощущала всё что я хотел показать, и хотела большего, я качественно раздразнил доселе не знавшую наслаждения секса девицу и теперь она была готова к настоящей ебле.
С каждым моим движением, сила медленно нарастала, и вот уже через пять минут, я, довольно рыча сквозь стиснутые зубы, всаживал вновь окаменевший член глубоко в её влагалище, а оно влажно чавкало и хлюпало, нервно пульсировало и сокращалось в такт её неровному порывистому дыханию. Жёстче, грубее, крепко обхватив за бёдра, оставляя на нежной бледной коже синяки от пальцев, резкими толчками, буквально забивая член так, чтобы яйца со шлепками бились о раскрасневшуюся жопу начавшей подмахивать баронессы, а её сиськи болтались из стороны в сторону как у распоследней шлюхи. Сама Раварта лишь восторженно взвизгивала и стонала, судорожно изгибаясь в талии, подмахивая и елозя жопой, позабыв о застенчивости и стыде, позабыв об изгнании, позабыв о смерти отца, позабыв о заботах и опасностях, позабыв обо всём кроме члена, что хозяйничает у неё между ног. Я был уже на пределе, когда она наконец-то захрипела и выгнулась дугой, принялась дрожать в сладостных конвульсиях. Такие мягкие, такие нежные и податливые доселе мышцы её влагалища налились силой, крепко обхватывая член и буквально выдаивая его, вынуждая напрячься из последних сил и начать выстреливать семенем, заполняя девичье тело квинтэссенцией жизни.
Не в силах вдохнуть, я упал прямо Раварту, полежал так на ней пару секунд и скатился на бок, член с чвяком освободился от плена и устало опал. Из последних сил я подгрёб к себе потное тело девушки, прижал её к груди и, набросив на нас одеяло, обнял, ухватил за сиську и вырубился, уткнувшись носом в пахнущие дымом волосы.
Женщина-врач