у него есть, почему бы не воспользоваться? Не сам же он ее лечить будет.
— Значит он все равно сделал нам добро — попыталась поспорить я
— Да, чужими руками — согласился папа
— Но зачем ему все это?
— Кто ж его знает... может понравилась ты ему, а когда понял что взять с тебя нечего, решил расстаться.
Упрямо покачав головой, я все-таки не могла согласиться с доводами папы
— Нет, что-то не сходится.
Конечно я понимала, что папа намного старше и умнее меня и что жизненного опыта у него значительно больше, но не на все вопросы я смогла найти ответы. Мне было легче думать, что Миша обманул меня. Если ему и правда угрожала опасность, а я сижу тут в тепле и комфорте, такое я не смогла себе простить.
Об этом я думала, стоя под горячим душем, впервые за много дней, принимая его дома у себя в ванной. На сердце было тяжело и неспокойно.
Долго сидела на кровати, тревожно глядя в одну точку, попыталась расслабиться, включив музыку, но это совсем не помогло.
Сон пришел ко мне намного позже, последние цифры, которые я помню на электронных часах музыкального центра — 3:14.
***
Обычный серый ноябрьский день и все снова как раньше. Не могу сказать, что была рада этому. Хорошо, что не было юридической психологии, не пришлось видеть подонка Черданцева. Иногда мне даже казалось, что все это приснилось и что сейчас Миша позвонит и я сорвусь за занятий вместе с ним, как бывало раньше, но он не звонил. Часа в два я не выдержала и набрала ему сама, но услышала стандартный отлуп — «абонент недоступен, или находится вне зоны действия... «.
Еще через час, выходя из института в серую мглу, я не сразу заметила капитана Вахрунова, который курил у своей машине, но когда наши взгляды встретились, он словно пригласил меня подойти. Не было никаких сомнений, что он здесь по мою душу.
— Ну что, Гордеева, вот мы и снова встретились — донесся его каркающий голос.
Радости от этой встречи я не испытывала, поэтому ничего ему не ответила, лишь подошла и вопросительно взглянула на него.
— Садись в машину, вопросы к тебе есть — сказал он, открывая передо мной дверь своего...
Пожав плечами, я села на заднее сиденье и он захлопнул дверь, тут же влез сам и сразу завел машину, не задавая мне никаких вопросов, выехал на шоссе.
— Куда мы едем? — спросила я.
— Помолчи пока — ответил он, удивив меня. В последнее время все было каким-то странным. Молчать было нетрудно, я смотрела в окно на серые холодные улицы и на душе было мерзко. Стало еще тоскливее, мне казалось, что я заболеваю. Остановились мы у такого же хмурого и серого пятиэтажного здания и вслед за Вахруновым я зашла внутрь.
— Со мной — сказал он полицейскому на проходной и меня пропустили.
Поднявшись по лестнице на второй этаж, я вошла в небольшой кабинет, который Вахрунов открыл своим ключом.
— У тебя новое место работы? — спросила я, но он не удостоил меня ответом.
— Присаживайся, Гордеева — указал он на стул возле единственного стола.
Новый кабинет Вахрунова был похож, скорее, на офис, бурый линолеум на полу, подвесной потолок с современными лампами дневного света, светло-зеленые стены. На столе Вахрунова стоял черный зализанный телефонный аппарат с радио-трубкой и еще какие-то коммуникаторы, ноутбук, рядом был принтер, вернее МФУ на тумбочке, урна для бумаг, на стене деревянной доске были пришпилены разноцветные стикеры с записями.
Сев на обычный офисный стул с хромированными ножками, я выжидающе смотрела на капитана. Он открутил бутылку с
Дед!!!