«как следует?», но я сдержалась. Облизав губы, на которых, как мне казалось, были остатки его спермы, я тихо сидела, ожидая продолжения.
— Понравился мой хуй? — спросил полковник, застегивая свои брюки.
— Ну, такое... — неопределенно ответила я.
— Теперь будете часто видеться — заверил он меня.
— Я не шлюха — возразила я.
— Ты — такая же, как все, а все бабы — шлюхи — поделился своей философией полковник.
— Вы неправы — продолжала спорить я. Не знаю, почему я это делала, но что-то во мне протестовало и не давало покоя.
Он ничего не ответил, лишь хмыкнул, завел мотор и мы осторожно выехали обратно на дорогу.
— Так, теперь о деле — сказал полковник. Мы обратно в город по ночному шоссе, изредка выхватывая фарами проносящиеся мимо встречные машины.
— Тебя вызовут на допрос в следственное управление и будут задавать вопросы — инструктировал меня полковник — Это будет проверка. Ты должна подтвердить, что Дмитрий Соколов был педофилом и конечно, не вздумай упоминать имя Варланова. Остроградского убил Соколов. Почему — ты не знаешь, это не твое дело. Сам Соколов пропал без вести, где он — ты не знаешь. Все понятно?
— Угу — буркнула я.
— Если будешь говорить что-то не то, несчастье может случиться с Викторией Михайловной, или Виктором Васильевичем.
Я круглыми глазами уставилась на него. Полковник был спокоен, угрожая мне, видимо, это для него было делом привычным.
— Так что сама решай, что для тебя важнее, память о погибшем любовнике, или благополучие живых родителей — продолжал он — Сейчас очень продвинутые технологии прослушки. Я слышу все что происходит в твоей квартире, знаю обо всем, что происходит у тебя в жизни. Говорю об этом лишь потому, чтобы у тебя не возникало ложных иллюзий.
Высадив меня у дома, полковник укатил в темноту. Я поняла, что мир вокруг меня изменился. В нем больше не было место радостям, мечтам и надеждам. Весь мой привычный мир стал острым и враждебным. И мне не избавиться от этого страха и постоянного чувства
опасности где-то рядом.
— Лиза, ну почему опять так поздно? — жалобно спросила мама.
Повинуясь внезапному импульсу, я обняла ее.
— Прости мам — шепотом сказала я. Нахлынули эмоции и я еле сдерживала рыдания.
— Что случилось? Тебя кто-то обидел? — спросила она
— Нет — ответила я, отпустив ее. Глаза у меня были влажные и старалась не поднимать их.
— Лиза... — потребовала мама.
Я все-таки подняла глаза и она, конечно, все поняла.
— Ты плакала — резюмировала мама.
Кивнув, я снова опустила глаза, скрывая скатившуюся слезу. Вошел папа.
— Ну что, юное поколение снова бродит где-то по ночам? — в шутку спросил он
— Твою дочь кто-то обидел — заявила мама.
Папа задумчиво посмотрел на меня
— Что случилось? — спросил он.
Я отрицательно покачала головой.
— Все нормально...
Папа усадил меня на стул, сел напротив, взяв рукой мою ладонь.
— Не хочешь рассказать, что случилось? — спросил он.
— Я теряю друзей — тихо сказала я.
Папа задумчиво потер подбородок.
— Конечно, такое случается иногда — сказал он, вздохнув — Но я уверен, что проблема не в тебе.
Я кивнула, но не потому что была согласна, а чтобы закончить этот разговор.
— Друзья это хорошо, но для девушки важнее семья — продолжал папа — Я верю, что ты встретишь человека, с которым тебе будет хорошо и у вас будет много детей.
— Пап... ну хватит — устало попросила я.
Дома я немного расслабилась, но напряжение не ушло совсем, а лишь затаилось в глубоком омуте моего сознания, готовое проявить себя в любой момент.
Случаи из жизни