— А ты можешь сказать мне «милая»? — хохотнула она и несколько раз развела стройные ножки в стороны.
Хотя подол платья прикрывал женскую промежность, но Сергею стало не по себе смотреть на взрослую женщину в такой позе, и он стыдливо отвел взгляд в сторону.
— Ох, возможно и правда, это не очень приличная поза, — заметила Алла небольшую выпуклость на штанах в паху Сергея.
Не зная почему, она провоцировала, играла с ним, забыв на секунду, что это её племянник, сын сестры, чувствуя потепление в промежности. Ей давно так не было хорошо. Это не только он смотрел на неё, восхищаясь прекрасным телом, но и тысячи неизвестных мужчин со сладострастием разглядывали её фотографии, теребя ручками раздутые от желания гениталии. А самое главное, что и он, и они были совершенно безопасны для неё! Могла делать с ними всё, что угодно, не опасаясь последствий!
— Сережа, я не хотела тебя смутить, — искренне произнесла она. — Просто хочется выглядеть красивой, желанной на фотографиях. Если хочешь, давай прекратим фотосессию?
— Да нет, ты не смущаешь меня. Давай продолжать …, — застенчиво улыбнулся он. — Всё очень здорово получается!
— Сегодня ты красивая, как никогда! — восторженно заявил он.
Она улыбнулась, и пристально посмотрев ему в глаза, тихо произнесла:
— Серёжка, скажи честно …, только не обманывай …
— Я тебе нравлюсь …, — она остановилась, сделала паузу и, опустив взгляд, выдохнула, — … как женщина?
Не раздумывая ни секунды, Сергей выпалил:
— Аллочка …, мужчина, который будет обладать тобой, будет самым счастливым человеком на свете …
Он сделал паузу, тяжело, безнадёжно выдохнул и добавил:
— Что ещё можно сказать?
Алла Альбертовна сделала вид, что не обратила на его слова внимания. Не проронив ни слова закружилась, и подол платья начал подниматься, высоко обнажая стройные ножки.
— А как тебе эта поза? — остановилась Алла к нему спиной и встала на диван коленками, оглядываясь через плечо.
Он сделал несколько снимков, и Алла Альбертовна озорно сбросила сначала одну, затем другую лямочку платья с плеч. Для неё это было совершенно невинно, но Сергею показалось, что она сейчас начнет раздеваться, снимет с себя платье. В висках застучали удары пульса, комок подступил к горлу и он почувствовал, как восставший член ещё сильнее надавил на жесткую ткань джинсов, пытаясь вырваться из-под неё.
Это не ускользнуло от взгляда Аллы, когда повернулась и села на диван. Добродушная улыбка скользнула по её губам, и женщина расстегнула верхнюю пуговку платья.
— А ещё одну? — задрожал его голос, и он навёл на неё объектив.
— Дурачок, что она подумает обо мне? — закружилось в голове позднее раскаяние, но Алла расстегнула пуговку, затем другую, с улыбкой посмотрев на него.
Полностью поглощённый увиденным, он быстро сделал несколько снимков. Между разошедшейся в стороны материей виднелась расщелина между высокими холмами белоснежных грудей. Ещё чуть-чуть, и ему казалось, он увидит торчащие, напряженные сосочки.
— Только смотри, Сережа, все фотографии должна я просмотреть и одобрить.
— Конечно, Алла.
— Эти снимки, наверное, не войдут в фотосессию, останутся между нами в тайне, — тихо выдохнула она.
Он продолжал фотографировать, а Алла Альбертовна чувствовала, как внизу животика разливается тепло, вульва пульсирует, истекая соками. Сосочки напряглись и она, опустив взгляд, увидела, как они бесстыдно торчат под тонкой материей.
Дневник Малыша (Фрагмент 2)