Жизнь – говно. Вот сказано не везёт, так не везёт. С подругой поцапалась. Своему парню врезала по харе и послала на хутор бабочек ловить. В результате всю ночь проревела. И из-за чего спрашивается? Потому, что полная дура. Светка Вадиму строила глазки. Вот теперь и пусть строит ему глазки и не только. Пусть теперь и сосёт ему, сучка блохастая. А Вадим? Зажал меня падла в туалете бара, вывалил свой вялый член:
— Соси!
— Вадим, ты офонарел?
— Соси, потом становись раком.
— Дебил, может ещё и в жопу дать?
— И в жопу дашь. Нечего ломаться, как целка недоделанная. Иначе нафиг ты мне сдалась, - недолго думая, врезала этому надменному нахалу и убежала. А насчёт целки он угадал. Хотя почему недоделанная? Уж не он ли собрался доделывать? Вот хрен ему!
С утра ещё от родаков влетело. Почему такая здоровая дылда по дому ничего не помогает. С вечера где-то шляется, а потом спит до обеда. Второй курс универа закончила на отлично, значит имею право поотрываться, могу и поспать. Вот стою перед зеркалом и думаю. Ну, что во мне не так? Мордашка – смазливая. Волосы – пышные, волнистые, ниже плеч. Хотела выкрасить их в огненно-рыжий цвет. Потом передумала – отец может и ремнём приложиться, если дед не успеет защитить.
Груди – стоячие. Блин! Придётся новый лифчик покупать (в старый они уже не помещаются). Животик – плоский. Попка тугая (я повернулась спиной к зеркалу и попыталась осмотреть свою задницу). При этом рука скользнула по лобку, зацепив трусики. Мне показалось, что они заскрипели об подросшую щетину. Ага. Надо бы сбрить. Побрила. Аж самой понравилось. Писечка гладенькая-гладенькая. А вот с выбором трусиков задумалась. Пересмотрев все варианты, выбрала х/б, так как они не раздражают нежную, только что выбритую кожу. Одела свободную футболку и джинсовые шортики (именно шортики, ибо на шорты они не дотягивают). Теперь можно и пожрать чё-нибудь приготовить. Решила заделать салатик.
— Привет, Лялька! Слышал тебе с утра попало.
— Приветик, деда. Да ну их. Приклепались, что долго сплю, - ответила не оборачиваясь.
— Лариса! Замри!
— Что там? – но послушно застыла.
— Таак... иди сюда миленький... куда же ты убегаешь? –послышался громкий шёпот деда. А я почувствовала одну его руку на своей заднице (на шортиках), а вторая скользила вверх по бедру.
— Что там?
— Ничего страшного. Всего лишь паук.
— Аааааа! – я завопила во всю глотку (так как очень боюсь пауков), но не шевельнулась. Рука деда резко двинулась вверх и, проскользнув между ногой и шортиками, оказалась как раз на моей щёлке.
— Что ж ты так орёшь? Он такой маленький и безобидный, а ты такая большая и вредная. Испугала его, - он шевельнул пальцами, и они раздвинули губки.
— Этого мне только не хватало, - он снова шевельнул пальцами между губок.
— Деда, убери руку.
— И хотел бы да не могу. Ноготь зацепился за твои трусишки. Надо выпутывать. Потому что, если дёрну, порвутся твои трусики, - он снова начал шевелить пальцами, задевая клитор. Сначала хотела возмутиться, но от этих шевелений сделалось так приятно, что ноги начали подгибаться. Писька потекла. Блин! Это же дед почувствует пальцами влагу.
— Ну, хватит дразнить меня. Убирай руку.
— Лялька, не получается. Пошли ближе к свету. Хотя мне кажется, что придётся помогать второй рукой. Или снимай трусишки.
— Деда, не буду я снимать. Выпутывай свой ноготь, - и я потопала враскорячку, пытаясь не сжимать ногами его руку. Но пока шли, его пальцы начали шевелиться в моей щёлке быстрее. Мои ноги уже подгибались. Вышли из кухни, до моей
Моя извращеночка