быстрого бега длинными волосами, бородищей до пупа и сверкающим на солнце золотым крестом. Джина что-то почувствовала и, взобравшись на камень, рядом с Вовкой, вгляделась.
— О, отец Ануфрий собственной персоной! – сказала она. – Что-то будет!
Ануфрий, запыхавшись, подбежал и воздел руки к небу.
— Нечистые среди нас! – закричал он. – Святотатцы! На святой земле – Бес и ведьма!
— Хватит дурачиться, Светлый! – спокойно сказала Джина. – Хоть ты и сильнее нас, ты был не вправе закрываться. Ты не Дозорный, и не в патруле! Ты должен был представиться!
А ментально она сказала вот что:
— Мы, Вовка, вторглись в его епархию. Он тут сеял «разумное, доброе, вечное», а тут появляются ведьма и инкуб! Готовься валить! К тому же, у него не крест, а ирландский амулет «Fireballgun», а это совсем хреново!
Монахини замерли, а Наталья отошла от камня и смешалась с толпой. Что такое «файерболл», Вовка примерно знал, а поэтому внутренне напрягся. Кому же хочется быть испепеленным магическим шаром! И приготовился драпать. Голый, хорошо, кроссовки не снял!
Отец Ануфрий перестал изрыгать проклятия и снял с шеи золотой крест. «Погнали!», – крикнула Джина и что-то бросила в священника. Вовка спрыгнул с камня и побежал, куда глаза глядят. А за ним бросилась Джина.
— Я поставила ему «ледяной щит», но это вряд ли его надолго остановит! – крикнула ведьма на бегу. – Беги к кустам!
За пять минут интенсивного бега можно пробежать километра два, два с половиной, и то после тренировок. А если организм заточен только на еблю, то спринтер Макаров «сдох» уже через минуту. Кустики встретили беглецов колючими ветвями, крапивой и чертополохом. А еще там был колодец.
— Я это чувствовала! – возликовала Джина. – Ведьма воды, да чтоб колодец не нашла? Хо-хо! Сейчас смоемся! Организую портал!
Она сорвала с шеи какую-то деревяшку на веревочке и бросила в колодец...
с любимым в машине