я сказала занято, все занято, душ буду принимать, вредная бабка лезет в ванную и начинает раздеваться. Вот же, дрянь противная, ну я тебе сейчас устрою душ, старая. Опускаю совсем обессилевшую вдруг Сару коленями на пол перед ванной и лезу к бабке.
Ты-дыщь, дверь с грохотом бьется о стену и появляется новый персонаж. Дед Миша, муж бабы Мани, замирает на пороге. Две секунды хватило старому буденовцу на оценку ситуации. Усы у него встали дыбом выше ушей, глаза остекленели и он строевым шагом двинулся к жопе Сары Александровны, на ходу расстегивая ширинку. Ах, Сара, Сара, кто же знал, что твоя невинная поза на коленях, полная смирения и некого алкогольного забытья, приведет тебя к следующему грехопадению. Старый солдат не промахнулся и уже второй раз за час мужской хуй нарушил ее жопную целкость. Вскинулась бедная Сара, дернула белой жопой, но неумолимый вторженец не слушал жалобных стонов.
Неудачники множат свою неудачу, в чем я сразу убедился. Вредная старуха спешила застолбить свое право на принятие душа и, не до конца раздевшись, включила воду. А еще, кто то оставил кусочек мыла, на котором я и проскользил между бабкиных ног и улегся на дно. Эта старая дура, совсем не дура, мгновенно сориентировалось и уселась прямо на мой член. Плюхнулась, как на собственный, поерзала,
— А ниче так, терпимо. Ты, милок, подвигайся, уважь бабушку.
— Пошла на хуй, дура старая, заорал я.
— Так я уже, ехидно заулыбалась старушка, на нем, и в доказательство немножко попрыгала жопой.
А я начал понимать милую Настеньку в ее заботе о своем белье, поскольку душ работал, вода заливала мой пиджак и любимый галстук, а температура воды была совершенно ледяная.
— Какую мерзость и разврат вы творите, грустно заявила Сара. Руками она схватилась за край ванны, ее голова дергалась в такт дедовым размашистым усилиям. Я автоматически отметил, что правая рука Сары по прежнему испачкана коричневым дерьмом.
— Бабушка, сделай воду потеплее, ласково попросил я.
— Счас, милок, и старая дура вывернула кран с горячей водой до упора.
А-аа, завопил я, кончать под струей кипятка на яйцах мне еще не приходилось.
— О- охуечечки, заорала бабка, ей кипяток промывал клитор с промежностью.
— А-аа, ровняйсь, смирно, залпом пли, с такими словами кончал охуевший милитарист.
— Оу, заскрежетала зубами Сара, еб вашу мать поперек прямой кишки (порядочные женщины во время оргазма иногда ругаются очень необычно).
Старики уходили вместе. Дед держал строевой шаг, бабка семенила рядом, она так и не одела свои труселя, но под длинной юбкой это было почти не заметно.
— Какие они милые, вздохнула Сара.
— Пойдемте, Сара Александровна, там Настенька наверное беспокоится.
Сара не отвечала, она не отрываясь смотрела на мой ошпаренный хер, распухший до гигантских размеров. Ее губы как то странно шевелились.
Не стреляй. Часть 2. (6 из 21). Леша, Андрей