882 год нашей эры, место действия Новгородское княжество, где-то в лесах под Новгородом.
По глухой чаще пробиралось трое здоровых мужиков, в кожаных доспехах и с топорами и щитами на спинах. Двое старших тащили молодого парня на своих плечах. У этого парня сочилась кровь из левого края брюшины и так же капала из рта. Молодой парень обладал светлыми густыми волосами, голубыми глазами и юными чертами лица. Двое его товарищей, оба были брюнетами в возрасте. В их волосах проблескивала седина, а на лицах и руках были множественные шрамы.
— Не дотянет, говорю тебе Аскольд! Бросать его надо, а то сами сгинем тут! — прохрипел один из мужчин которого звали Ждан
— До заката если хаты никакой не будет по пути, то бросим! — ответил ему Аскольд
— Сраный северянин, воистину был силен как великан, хоть и раненый — с перерывами на одышку произнес Ждан
— Нашел блять кого ограбить! У него кроме ржавого меча и вонючих портков ни хрена не было, только малого подставили под нож.
Казалось бы Аскольд, Ждан и Святослав — так звали третьего, ничем не отличались от голодранцев из новгородской дружины. Но всё же одно отличие было, у каждого из них на лице в области висков красовалось клеймо зачеркнутой княжеской руны, ознащавшее вечный позор и изгнание. Три друга сбежали из армии во время одной из множества стычек с викингами и были приговорены лично князем Олегом к изгнанию и вечной немилости Перуна. С тех пор они были вынуждены скитаться по лесам, мародерствовать на полях битв и грабить бедных крестьян. Как раз во время разграбления очередного места стычки дружины с северянами, они нарвались на недобитого викинга, который чуть не отправил их в царство мертвых, но после того как резанул Святослава по брюху, сам скончался от полученных в битве ран.
— Твою мать! Кажется я вижу хату, дадим ходу Ждан! — Аскольд не ошибся, в районе опушки леса виднелась небольшая деревянная изба.
— Повезло сучонку!
На радость разбойников, в избе жила прекрасная целительница Елена. Статная, зеленоглазая молодая девушка с темными короткими волосами сама выбрала жинзь на отшибе. После потери любимого человека она отдала все свои сбережения на постройку дома и стала жить отдельно от деревни. Да и жить у леса для целительницы было довольно практично, все нужные травы всегда рядом.
— Хозяин! Открывай! — закричал Аскольд и дополнительно, оставив Святослава на плече Ждана, пошел стучать в дверь. Вдруг из-за дома вышла Елена в легком сарафане с корзинкой свеженабранных трав.
— Вы кто, чего случилось? — спросила она испуганным голосом
— Опа, травница! Вот это удача блять! — ехидно произнес Ждан
— Товарища у нас ранили, помоги будь добра — более спокойным тоном сказал Аскольд
— Уходите отсюда заклейменные, вам помогать нельзя — трясущимся голосом сказала Елена и от страха сделала шаг назад
— Тварь! Делай своё дело или я тебя на куски порублю! — Ждан крикнул с такой злостью, что Елена аж выронила корзину из рук. Он подскочил к ней и за руку потянул в избу, по пути отвесив ей сильную пощечину.
— Я те покажу сука, заклейменные!
Внутри дома слабенько топилась печь. Святослава бросили на кровать и белоснежные простыни тут же оказались испачканными грязью и кровью.
— Я... я помогу, но прошу, потом уходите отсюда, я перевяжу его рану и дам отвар — она стала заикаться и плакать
— Не хнычь, сразу бы так! Жрать есть или нет? — Аскольд принялся обыскивать полки в поисках еды. Ждан и Аскольд перевернули всё вверх дном, но нашли краюшки хлеба и пару крынок
Везучий Анатолий. часть 2