этот монет раздался вдруг голос Войцеха так, что я от неожиданности вздрогнула,
– Наташа, может быть, и мы с тобой потанцуем?
От этого предложения жар разлился у меня по щекам, и моё любопытство оказалось побеждено моим возмущением. Я подумала: «Ну, и ладно! Тогда я пойду танцевать с ним!». Я встала, и Войцех тут же кинулся ко мне. Я увидела, что его «индикатор» показывает то же время, что и у Давида. Я решительно подошла к Войцеху и положила ему руки на плечи так, чтобы мои локти, насколько это возможно, отделяли мою грудь от его мохнатой груди. Но Войцех не стал церемониться, отклячивать зад, а тут же обнял меня обеими руками за поясницу и прижал к себе так, что его возбуждённый «выскочка» оказался зажатым между моим животом и его. «Итак, начинается обмен партнёрами, чего я и боялась», – с досадой подумала я. Однако я поймала себя на том, что мне всё это захватывающе интересно и даже забавно. Я дала себе клятву, что до секса со мной я ни в коем случае его не допущу, и, расслабившись, продолжила танец. Войцех начал двигаться чуть активнее, и я почувствовала, как его напружиненный стержень, при каждом движении пошевеливается, вздрагивает и упруго двигается между нашими животами. Мне сделалось не по себе. «Только бы он не обтрухал меня», – подумала я, и по закону подлости великого Мёрфи, это скоро случилось. Я увидела, как Войцех вдруг закатил глаза, застонал едва слышно, и я почувствовала, как его вздрогнул ствол, задёргался, и что-то мокрое, липкое и горячее потекло у меня вниз по животу.
Я резко оттолкнула Войцеха от себя, и, по пути в душевую, схватив Давида за руку, сказала:
– А ну, Давидка, пошли ка со мной. Я потащила его в кабину, и по дороге заметила, как Агнешка, овечьим взглядом, жалобно и недоуменно смотрит нам вслед. Задернув занавеску, я пустила воду, встала перед своим мужем на колени и, взяв обеими руками его до предела напружинившийся ствол, полностью оголила его наполовину уже открывшуюся головку. Я сначала облизала её со всех сторон языком, а потом стала усиленно делать ему минет до тех пор, пока он со стонами кончил прямо мне на лицо.
– Спасибо тебе, Наташенька, как я долго ждал этого! – сказал он едва отдышавшись.
– «Долго ждал этого»! – передразнила его я и, с усмешкой, добавила: – Мог бы попросить об этом Агнешку, она бы тебе не отказала.
– Да что ты всё: «Агнешку, Агнешку»? – обиженно молвил он, – Не нужна мне Агнешка.
– Нет, нужна! – возразила ему я, – ты смотришь на неё, словно питон на кролика.
– Да не смотрю я на неё, – оправдывался Давид, – это она на мне виснет!
– А тебе и нравится!
– Нуууу, – протянул Давид, – она девушка молодая, красивая...
– А я у тебя, значит, старая и страшная? – вопросила я и добавила: – я, между прочим, заняла первое место на конкурсе, а она лишь только второе.
– Ну, ты конечно превосходишь её во всех отношениях, – подольстил мне Давид.
– И возрастом я тоже её превосхожу? – улыбнулась я.
– Ну, по сравненью со мной ты вообще – девчонка, я же на десять лет старше тебя, – промолвил Давид и добавил: – я вообще самый старый в нашей компании.
«Ого, – подумала я, – компания уже у него стала «наша»», вслух же сказала:
– Да старики любят западать и бросаться на молоденьких девочек.
– Я на неё не бросаюсь, – опять стал оправдываться Давид и снова
Сон в весеннюю ночь