— И ты молчала?! — я с укоризной посмотрел на Наташу.
— А что, ты хотел бы... — сказала она и осеклась. Я вдруг понял, что у меня покраснели уши. Мда уж, мы прямо невероятно стыдливы для такой развратной семейки.
Я не стал требовать от нее продолжить свою мысль, опасаясь, что тогда мне придется сказать и про Жору в своих фантазиях, а на это я был не готов от слова совсем.
Вместо продолжения диалога я просто поцеловал жену, а потом пошел ниже. Вот ее восхитительные плечи, нежные округлости грудей, напряженные сосочки... Я почувствовал, что у меня снова эрекция, но теперь фантазии о Сашеньке были не при чем.
Как вдруг она сама напомнила о себе.
— О, мам, пап, вы уже проснулись! — я обернулся. Голенькая дочь стояла в дверном проеме, как в раме. За ее спиной также в костюме Адама маячил Георгий.
— Мы решили приготовить завтрак! Но не знаем. что вы будете!
— Ээ, как насчет омлета? — сказала Наташа.
— Будет сделано! — ответила доча.
— А готовить вы будете голышом? — хрипло спросил я.
Я вновь напрягся, но ласки жены вернули меня к реальности. Я с вожделением набросился на Наташу, впервые за последние сутки желая не просто кончить ей в ротик, а заняться полноценным вагинальным сексом. Супруга разделяла эту идею и уже обхватывала меня за бедра своими икрами. Чудесная легкость наполнила меня, когда я осознал, что все это видит наша дочь, и не просто видит, а еще и одобрительно хихикает...
Мой самый сладкий в жизни грех