поебались и разбежались, продолжал ехидничать Роман.
– Не смешно. Ты знаешь, когда ты меня бросил, я сильно переживала, у меня слёзы с глаз не сходили, а он пытался утешить меня, приобнимет и успокаивает. Он даже хотел с тобой поговорить, что бы нас помирить, до вечера тебя тут прождали. Потом, когда стемнело, он предложил поехать к нему, там он мне предлагал руку и сердце, но я не смогла с ним остаться, хотя идти мне было некуда.
– Во первых, я тебя не бросал, и да же в мыслях такого не было. А во вторых мне кажется, ты сама этого захотела.
– Я этого ни когда не хотела, и не хочу.
Тем временем, Роман открыл второй замок, приоткрыл дверь, и попросил её войти в квартиру.
– Ладно, проехали, заходи, не будем же мы тут выяснять отношения.
– А можно, спросила она.
– Не можно, а нужно, ещё спрашиваешь, ты же хозяйка этого дома, и если даже мы разойдёмся, ты всё равно останешься здесь. Но мы же не собираемся расставаться так, или нет.
– Так, ответила Лера.
Они вошли в пустую квартиру, захлопнув за собой двойную дверь. После ответа "Так", Лера почувствовала тепло в их холодных отношениях, и решила сразу брать быка за рога. Она всегда следовала совету матери, которая ещё на свадьбе ей сказала: "Дочка, как бы вы не ругались, спать всегда ложись с мужем, постель всё стерпит и сгладит". Вспомнив, как Николай, на пороге сходу на неё набросился, увидев её славную попку, она не присела, а снова согнулась, повернувшись задом к мужу. Но в тяжёлом похмельном синдроме, Роман даже не среагировал. Тогда она попросила помочь расстегнуть застёжки, на новых босоножках. Он присел, и ловко сделал свою работу. Лера повернулась к нему попой, да так, что его голова оказалась под короткой юбочкой.
– Ты что без трусов, строго спросил супруг.
Он увидел её ягодички, и дальше, что – то на вроде чёрных плотных волосиков поверх вздутого пирожка. Лера повернулась к нему передом, и вздёрнула плиссированную юбочку вверх. Она смотрела на него, кокетливо улыбаясь, зная его слабость к красивому женскому белью. Роман размяк на мгновении, и обнял супругу за бёдра. Он прижался к трусишкам щекой, потом повернул лицо, и поцеловал их в розочку. Затем спустился чуть ниже и впился в самый низ треугольника, стараясь как можно глубже вдохнуть аромат её плоти.
Его руки гладили и одновременно сжимали её ягодички, а нос углублялся всё сильнее и сильнее в мягкий лобок. Сколько не пытаясь, он ни как не мог почувствовать её женский запах, и только аромат душистого мыла заглушал его обоняние. Вдруг до него дошло, что трусишки ни так давно постираны, и ещё не обсохли.
– Лера ты можешь мне не рассказывать, но почему у тебя мокрые трусы.
– Я принимала душ у Николая и постирала их. После больницы пришлось помыться, а у меня не осталось чистого белья.
– Надеюсь, сегодня ты с ним не трахалась без презерватива? Можешь не отвечать, сам догадаюсь с двух раз, съязвил Роман.
– Представь себе да, но только между ног, да я сдохну туда ни кому не дам. В истерике начала вспоминать Лерочка.
– Ты думаешь, почему я пришла среди ночи? Этот козёл посчитал, что если я к нему согласилась поехать, то значит я ему дам. А вот хрен. Он зажал меня у порога и сходу начал терзать, достал свой длиннющий полустоячий шланг, и начал сзади тыкать, вонзил между ног, но я ему не позволила войти, сжала ноги и он обс
Про любовь...