обычно обзывал этот процесс. Ни изменять, ни сношаться, и даже ни трахаться, а именно "ебаться".
– Что молчишь, тебе нечего мне сказать? Или ты хочешь дальше так жить. Конечно, я понимаю, тебе нравится примерять разные члены, большие и маленькие толстые и тонкие, длинные и короткие, ты с каждым разом всё больше становишься ненасытной сучкой. Или ты прекращай, или я ухожу от тебя.
И тут её словно прорвало.
– Ромка,
да я люблю этим заниматься только с тобой, мне никто не нужен кроме тебя, я тебе это ещё докажу.
Но Роман, словно льдинка растворился в её жарких объятиях, и она осталась наедине с подушкой, так и не поняв, что это – сон или явь.
А тут на яву, Алёна, в предвкушении предстоящего кунилингуса, от удовольствия закрыла глаза, а Игорёк прильнул лицом к паху жены и сразу же почувствовал запах подопрелой промежности, слегка обогащенный запахом мочи. Язык его так и норовил пройтись по солёненьким губкам супруги, но сладкий миг прикосновения вдруг захотелось прервать. Лёжа у жены между ног, он одной рукой незаметно доставал до упругих полушарий свояченицы, и гладил их, гладил, пока пальцы не проникли под лямку трусов. Ухватившись за эту деталь панталончиков, он потянул их на себя стараясь разорвать злосчастную перегородку между передним треугольником, и задней трапецией. Качественный товар как обычно даже не затрещал, но всё же потянулся и сдвинулся с места. Теперь лямка трусов ни так плотно прилегала к её пирожку, давая возможность шаловливым пальчикам зятя, проникать беспрепятственно в её недра.
Что Игорь и сделал. Проникая сразу двумя пальцами на всю глубину, он покрутил их по небольшой дуге, как бы снимая влагу со стенок, и тут же снова извлёк. Поднося к носу, он вдруг ощутил такой запах, такой аромат женских прелестей, который был не сравним ни с одним дезодорантом, ни с одним благовонием самых дорогих французских духов. Его разум слегка помутился, и не задумываясь, он погрузил эти влажные пальчики себе в рот. Жадно обсасывая их, он не забывал языком слизывать нектар между щиколоток. И как только пропадал вкус нектара, Игорек, словно майский шмель, вновь летел за пыльцой в её распустившийся бутон.
Для сравнения ему вдруг захотелось попробовать забытый привкус супружеской влаги. Окунув пальцы другой руки, в чрево Алёны, Игорь не задумываясь так же взял их в рот. Нежный и тонкий вкус малосоленой красной икры, сменился на вкус пересоленной не свежей селёдки. Скорчив мину, он было не сплюнул на промежность жены, и тут послышался её милый голосок.
– Игорёк, ты что там затих, такое ощущение, что ты не мне, а сестре киску лижешь, я было чуть не заснула, и прекрати пальцами тыкать.
– Ну давай своим Васькой потыкаю, ответил супруг.
Конечно после такого ощущения, его желание полизать, снизилось до нуля, и только представление, что это он проделывает со строптивой сестричкой, как – то подталкивало на кунилингус. В общем, Игорёк межевался, но это продолжалось недолго.
– Игорь, ты меня вначале так заведи, а потом хоть всю ночь тыкай своим Васькой, прошипела Алена, и снова закрыла глаза в ожидании предстоящего чуда.
В очередной раз Игорёк как можно глубже запустил свои пальцы в Лерино чрево, так что щиколотки вмяли её пухлые губки, и сделал больше пол оборота, собирая остатки ароматной влагалищной смазки. Сгибая пальцы слегка, чтобы её как можно больше осталось, он извлёк их из кунки одной сестры, и начал растирать по кунке другой, стараясь придать одинаковый привкус.
Почувствовав приятные скольжения по влажной расщелине своего пирожка, Алёна простонала сквозь зубы, и согнув ноги в коленях подтянула пятки чуть
Капелька