Реджина напряглась, – стала кем? – процедила девушка.
– По девочкам. Я никогда не могла подумать, что ты так поступишь. Реджи, объясни мне, зачем тебе все это? – уже кричала в трубку Кэт.
– Кэт, хватит кричать. Ты можешь хотя бы выслушать меня? – грубо спросила Миллс.
– Зачем? Вот зачем мне тебя слушать?
– Если ты не хочешь меня слушать, зачем ты мне вообще позвонила?! Знаешь, что я тебе скажу – я полюбила первый раз за долгое время. Эмма стала человеком, который смог вернуть меня к жизни после смерти твоего брата. Ты не имеешь права сейчас возмущаться и кричать на меня. Я шесть лет была одна! – яростно крикнула брюнетка.
– Не ври! Ты не была одна шесть лет, я по несколько раз в год слышала о твоих романах. А сейчас я вообще не могу понять, почему ты остановилась на девушке?
– Ты знаешь, что два года я вообще не подпускала к себе мужчин, а потом, половина романов, которые мне приписывали, были враньем. Да даже, если они и были правдой, то никто не отменял, что я женщина и мне это нужно. А девушку я выбрала… да просто выбрала и все. И отчитываться перед тобой не намерена, – выдала Миллс.
– Я хотела, чтобы ты нашла себе мужчину и родила ребенка, которого ты всегда хотела, а сейчас что? Ни мужа, ни ребенка. Как ты собираешься жить дальше? – кричала Кэт.
– Я всегда хотела ребенка и это не отменяет моего желания, но это уже никак тебя не касается! – Реджина прошипела и повернулась.
Девушка увидела, что на нее стоит и смотрит Джонс.
– Я больше не хочу разговаривать с тобой на эту тему. Если ты меня поймешь и позвонишь, я всегда буду рада, тебя слышать, – не сводя глаз с Киллиана, сказала Миллс и повесила трубку, – давно, ты тут стоишь?
– На фразе про мужчин, – ответил Киллиан, – прости, я хотел уйти, но ты развернулась.
Реджина посмотрела на мужчину и поджала губы.
– Понятно. Я сегодня уже троим людям объясняла, почему выбрала Эмму. И только она так отреагировала, хотя я от нее не ожидала таких слов. Даже родители поняли и приняли, – Миллс была расстроена и даже не понимала, зачем она говорит все это Киллиану. Девушка прошла и села на диван.
Джонс подошел, взял стул и, поставив его напротив Миллс спинкой к ней сел на него смотря на опущенную голову Миллс.
– Реджина, я все понимаю. Тебе сложно, Эмме сложно, вашим близким тоже нелегко. Но пойми главное, что счастье не дается просто, я тоже это знаю по собственному опыту. Оно проходит тяжелый тернистый путь, а в вашем случае этот путь еще и виден всему миру. Но зато ты уверена в своих чувствах, в чувствах любимого тобой человека, а это в стократ важнее мнения окружающих и пусть, даже оно негативное. Главное – ваша любовь. И как видим мы со стороны, вы сможете пройти все, и не только мнения нескольких близких, но и всего мира.
– Спасибо за поддержку. Нам и правда сейчас нелегко, – посмотрев на Джонса, сказала Реджина, – а пришел то ты зачем?
Джонс на секунду улыбнулся и сказал, –
СУДЬБА ПОДКАБЛУЧНИКА