завтрак, заказанный в кондитерской за углом. Больше ничего не случилось, честно. Рич должен был идти на работу, а у Гейл был урок. Я снова осталась одна в их квартире, чтобы принять душ и одеться. Но прежде чем уйти, я все-таки нашла свою белую ленту, привязанную внизу к одному из столбиков кровати. Я хотела оставить ее себе на память об этой удивительной ночи.
И я не могла не улыбаться каждый раз, когда видела этот бант. А ровно через год, на 36-й день рождения Рича, мне прислали букет, перевязанный еще одной белой лентой…
Мать