гуру по сексу кричат, что самое главное в нём — это прелюдия!
— Да …, это единственный путь, — добавила она. — По крайней мере, в моём случае.
Это был удивительный, очень интимный комментарий моей матери. Но она, похоже, ничуть не смутилась. Наш словесный договор о проведении профессиональных исследований действовал, и к нему она относилась серьезно.
— Поэтому я и предложил бы сначала возбудить девушку. Это так просто.
Она снова помахала довольно внушительным устройством перед моим лицом.
— Не очень то и просто, особенно с этим устройством. Им и убить можно.
— Хорошая точка зрения.
— Ты прав, хотя … Возбуждение — ключ, но есть и другие проблемы …
— Какие?
— Я чуть не сломала запястье, когда пыталась использовать эту штуку, — ответила мать. — Не буквально, конечно, но боюсь, что могу пораниться, когда она вибрирует, а если начнёт ещё и двигаться возвратно-поступательно …
— То травма влагалища на сто процентов обеспечена, — после небольшой паузы произнесла она.
— Он разорвёт меня пополам! — обречённо выдохнула женщина.
— Как бабы такое в себя засовывают и наслаждаются этим? Не могу понять!
— Это потому, что ты включила на самую большую мощность! Сначала попробуй низкие, слабые настройки …, — предложил ей, — … а потом, как понравиться…
Она вздохнула:
— Мне нужно понять все возможности этого устройства, прежде чем смогу высказать своё заключение на работе. Как сделать это? Ты понял мою идею?
Мысль о том, что моя хорошо образованная, скромная и порядочная мамочка использует этот вибратор на полной мощности, было нереальным.
— Так что ты предлагаешь?
Её губы на мгновение сжались.
— Ты можешь помочь мне?
— В самом деле? Ты хочешь этого? — удивлённо посмотрел на неё.
Я чувствовал странное чувство дискомфорта и удивительное чувство возбуждения. Не было сомнений, мама чувствовала то же самое.
Она кивнула.
— Только сегодня. Помни, это делаю из-за испытательного срока. Если его не пройду, то в ближайшее время вряд ли найду нормальную работу.
— Хорошо…, так… как мы должны начать?
На лице моей матери внезапно появилось отрешённое выражение.
— У меня нет ни малейшего представления. Ты эксперт в этом вопросе, помнишь? Тебе решать, что делать со мной при профессиональных исследованиях этого устройства.
— Если я руковожу этим экспериментом …, то полагаю, что так.
— Ну, тогда, господин Эксперт, с чего мы должны начать? — спросила она со слегка саркастичным и игривым тоном.
На этот раз и у меня на мгновение появилось отрешённое выражения лица.
— Думаю, для начала тебе надо полежать на кровати, — тихо произнёс, улыбнувшись, смотря на стоящую передо мной мать.
— Ты можешь быть серьезным? — упёрлась она кулаками в бёдра и строго посмотрела на меня. — Мы с тобой здесь шутить собрались, что ли?
— Эй, не сердись на меня, мама, — ответил я. — Это твоя идея или я что-то не так понял.
Несколько секунд мы неловко молчали, когда она просто смотрела на меня с суровым выражением лица. Наконец лицо смягчилась.
— Извини, — сказала мать более мягким тоном. — Я не привыкла, что ты так со мной разговариваешь. Тебе, возможно, трудно понять меня.
— Мама, для меня это тоже нелегко …
— Тогда, надеюсь, мы понимаем друг друга.
— И что делать? — спросил я. — Похоже, всё слишком сложно, чтобы нам справиться. Давай закончим на этом.
— Вовсе нет. Нам просто нужно быть поистине взрослыми, отбросить в сторону предрассудки.
— Я стараюсь изо всех сил, — улыбнулся ей через силу.
— Если так, тогда отвернись, — сказала она. — Ненадолго, на пару секунд …
— Ты уверена, что хочешь это сделать? — понял, что сейчас может произойти.
Охранник БИлайна. Часть 2