— Всё? Можно использовать вибратор? — спросил, наслаждаясь, как она извивается на моих пальчиках, глубоко засунутых во чрево.
Она отрицательно покачала головой.
— Он очень большой! У нас есть что-то толще, чем пальцы? Чтобы сначала его использовать, а потом вибратор. Надо ещё сильнее растянуть её …, а то он порвёт меня.
— Дайте-ка подумать, — удивлённо посмотрел на истекающее соками влагалище, не зная, что предложить.
Мне совершенно не хотелось искать какие-то сексуальные игрушки в коробках, разбросанных в коридоре. Да и если бы там было что-нибудь, мать бы предложила.
— Даже не знаю …, — не мог ничего придумать.
— А ты можешь использовать его? — спросила она прямо, с едва заметным намеком на стыд в голосе. — Я имею в виду …, надеюсь, ты меня понял …, не возражаешь?
— Что ты имеешь в виду? — не сразу понял, чего хочет мать.
Она молча указала рукой на шатёр в моём паху.
— Его.
— Надеюсь, он готов к этому? Я не буду возражать, если ты им попробуешь растянуть влагалище ещё сильнее.
— Во всяком случае, сегодня им можешь пользоваться со мной как хочешь. Надеюсь, тебя не надо учить этому?
— Мать …, моя женщина! — пронеслось в голове, поняв, что она хочет.
Теперь не было никаких сомнений, мама хотела, чтобы я проник к ней своим дрожащим от напряжения членом.
— Ты серьезно? Или шутишь?
— Какие могут быть шутки? Дала тебе на всё согласие, — сказала она с явным возбуждённым раздражением в голосе. — Это важное исследование, и нам необходимо его завершить, ты меня понимаешь?
Я кивнул головой в знак согласия:
— Хорошо …, мама.
— Прошу тебя, не говори «мама», это очень смущает меня.
— Можешь называть, как угодно, но не этим словом! Разве не понимаешь меня?
— Хоть …, — сделала она небольшую паузу и щёки залила краска, — … блядь.
Вытащив из неё пальцы, сел на кровать, между широко расставленных женских ног. Это было так странно. Самый неловкий момент в моей жизни. Я смотрел на мать, она выглядела очень красивой, сексуальной женщиной, от которой вряд ли мог отказаться какой-нибудь мужчина.
Стройные ножки изящно разведены широко в стороны, полностью раскрывая передо мной сладострастную, желанную вульву, истекающую соками любви и сладострастия. Но на её лице было противоречивое выражение. Она была жутко возбуждена, не в силах сопротивляться охватившему безумию совокупления с сыном, но пыталась бороться с этим, чтобы сын не стал любовником.
Мама смотрела в потолок, совершенно не обращая внимания на то, что я раздеваюсь.
Не было возражения с её стороны и когда навис пахом над истекающей соком женской промежностью с торчащим членом. Но на этот раз она посмотрела мне прямо в глаза.
— Медленно и нежно …, пожалуйста …, — еле слышно вымолвила она, — … не спиши. Он у тебя далеко не маленький …, чтобы мне не было больно …
— После этого буду готов к вибратору.
— Не переживай …, всё будет хорошо …, — улыбнулся ей и прикоснулся головкой члена к входу в пещерку, ведущую в глубину животика, слегка нажал и медленно вошёл в разгорячённое женское чрево.
Она глубоко вздохнула, когда член вошёл внутрь. Её глаза были закрыты, а на лице было выражение:
— Боже мой! Это на самом деле происходит. Неужели ему так покорно отдалась и он сношает меня, как последнюю сучку? Это же мой сын! Что я вытворяю?
Скорее всего, она думала сейчас точно так, но я двинул бёдрами вперёд и вошёл ещё глубже, не давая возможности женщине одуматься. И через секунду уже не размышлял об этом, наслаждаясь
Тренер