снова, запричитала, впрочем, не делая попыток увернуться от ворвавшегося в нее стержня. Под одобрительным взглядом Мурадова Костин вколачивал член так, словно старался проткнуть старушку насквозь, вскоре благополучно закачав в нее порцию семени. Оставленная в покое бабуля, полежав немного с выставленным голым задом, встала как ни в чем не бывало и пошла заниматься своими делами, к удивлению парней не высказав никаких претензий. И даже закрывая за ними дверь, улыбалась как обычно, произнося традиционное "заходите еще, мальчики".
После, на следующий день, оба предпочли эту историю не вспоминать.
– Слышь, че вчера было – то? А то я так нажрался, не помню ничего... – поинтересовался утром у друга Мурадов.
– Да хрен его знает, я такой же был, не помню...
На самом деле оба прекрасно все помнили. Костин в дальнейшем при встречах с бабулькой только прятал глаза, стараясь не вступать в разговор и быстренько проскользнуть мимо. А вот Мурадов, в глубокой тайне от друзей, когда становилось совсем невмоготу, пользовался старушкиными услугами. Без лишних слов он голым вваливался к бабуле в комнату и та с готовностью стягивала трусы, задирала юбку, становилась раком и начинала охать еще до того, как член касался ее. Правда, такое однообразие Мурадову вскоре надоело и старушка познакомилась с оральным и анальным сексом. Но если взять в рот толстую головку он уговорил ее всего за каких – то полчаса, то за зад она билась всерьез.
Пока Мурадову, сжигаемому похотью, это не надоело. Он выматерился, повалил бабулю на живот и грубо затолкал ей член в анус, не обращая внимания на истошные крики. Еще пару раз ему все еще приходилось преодолевать отчаянное сопротивление, благо физические возможности старушки не шли ни в какое сравнение с силой молодого парня и в конце концов она таки оказывалась насаженной анусом на молодой член. Впрочем, через пару недель она уже почти добровольно подставляла зад, понимая что отделаться не удастся.
Вот таким людям, не подозревая ни о чем, Женька попал на заметку. После отбоя Ставцев наставническим пинком отправил его в туалет – отрабатывать провинность. Все трое направились следом, чтобы проконтролировать выполнение, ну и слегка поучить жизни. Сначала Женька, сжимая в руках тряпку, с опаской поминутно оглядывался, ожидая подлянки. Мурадов плотоядно посматривал на склонившегося парня, потирая себя в паху. Мысль, посетившая его в бане, снова ожила.
– Ты чего? – спросил его Костин, заметив это.
– Да вот думаю... давненько у меня бабы не было.
– И что теперь лыбишься? Придумал где ее взять?
– Ага.
– Где?
– Да вот. – Мурадов кивнул на Женьку. – Вполне мог бы дедушку удовлетворить. – после чего громко спросил: – Один раз не пидорас, да, боец?
Женька, не расслышавший предыдущих слов, на всякий случай решил что лучше соглашаться со всем сказанным и кивнул.
– Ну тогда иди сюда! – обрадовался похотливый сержант.
Женька бросил тряпку и подошел, удивленно глядя как Мурадов достает из трусов темный член.
– Значит так, боец! Видишь это!? – он потряс упругим стволом. – А теперь быстро встал на колени и взял в рот!
– Чего!? – Женька отшатнулся.
– Соси, говорю!
Приказ подкрепил чувствительный толчок в спину.
– Да вы тут охренели все! – заорал Женька, но немедленно получил удар в живот и согнулся, хватая ртом воздух.
Две пары крепких рук схватили его, выкручивая локти за спину и не давая разогнуться. Женька почувствовал как с него стащили трусы. Мурадов намылил головку и зашел сзади:
– Хорошая девочка... – погладил он ягодицы парня. – Любишь, небось, в попку?
Женька в панике ощутил упершийся в анус член. Он задергался, но держали его
Особенности перевода