мной: секса ноль. И вот сейчас я ехал на ЖД встречать свою дочку-внучку с её подругой.
Хоть и спешил, но подъехал к ЖД одновременно с электричкой. Поэтому не стал бежать на перрон, а решил подождать девчонок возле машины. Тем более, что не знал на какой из выходов они будут выходить. Конечно, хотелось, чтобы они выходили через дальний. Так как там было всё заасфальтировано, а на ближнем была лишь щебёнка. И тут я их увидел. У меня даже челюсть отвисла. С огромными сумками. Обе в коротеньких, облегающих шортиках, которые открывали жадным взорам аппетитные булочки попочек. В коротеньких топиках, под которыми явно не было лифонов, но зато полностью открывались животики. В огромных черных очках. На высоченных шпильках. Внучка была высокой и стройной (в мать пошла), а её подружка невысокой, с крупными грудями и плотной шикарной попочкой. Смотрелись они обе очень вызывающе. Мдаа. В таких нарядах их вполне могли оттрахать в электричке. Местные так вызывающе не одеваются.
Я кинулся им навстречу, выворачивая ступни от чертового щебня. Внучка увидела меня и, бросив сумки, побежала навстречу. Её подружка, не совсем поняв, что же случилось, тоже бросила сумки и устремилась за Валентиной. Но бег по щебню на шпильках это нечто особенное. В последний момент внучка с криком: «ДЕЕД», запрыгнула на меня, обхватив руками и ногами. А её подружка споткнулась, подвернула ногу и начала падать. Невероятным усилием, пытаясь удержать собственное равновесие, и не уронить внучку, я смог протянуть руку, и подружка внучки не коснулась щебня, а повисла на моей руке. При этом моя лапища, скользнув по ее животу и под топиком, оказалась на её довольно большой сиське. А сосок застрял между пальцами.
— Ой, извините. Я кажется каблук сломала, — пролепетала она, не предпринимая ни малейшей попытки отстраниться или убрать мою руку из сиськи. Хотя по идее извиняться должен был я, за то что лапал это юное аппетитное тельце.
— Как добрались?, — а у самого в штанах началось шевеление. И чтобы хоть как то скрыть это, притянул, разворачивая эту девочку к себе. Благо вес их обоих был для меня мелочный. И тут же понял свою ошибку. Развернув, я прижал девчонку попочкой к своему паху, где уже был приличный шатёр. Я уверен на все 100%, что она почувствовала, к чему оказалась прижатой её попочка, но виду не подала. И сразу же проскочила блядская мыслишка. Эх, засадить бы ей по самые яйца!
— Отлично. Маман посадила нас на электричку, как маленьких. Вроде мы сами не могли.
— Валюша, она же беспокоится, переживает за вас.
— Но мы уже совершеннолетние. Что за нас беспокоиться, как за маленьких.
— Вот будут у тебя дети, тогда поймёшь переживания мамы. Да слезь ты уже с меня! Пойду сумки заберу, а то кому то они нужнее окажутся. А каблук действительно сломан. Валюш, ты хоть познакомь меня со своей подружкой.
— Марина, — тихонько произнесла девочка.
— А меня Василь Васильевич. Очень приятно. Так, постойте здесь. Я сейчас.
Побежал, забрал сумки, также бегом отнёс их к машине и бегом к девчонкам. Которые, как ни странно, послушно стояли на щебёнке. Марина стояла на одной ноге, приподняв вторую с поломанным каблуком. Я подхватил её на руки (снова моя ладонь накрыла её аппетитную грудь) и понёс к машине.
— Ну что вы! Мне так неудобно, вам же тяжело — пролепетала Марина, а сама обхватила меня своими ручонками за шею, а второй сиськой плотно прижалась к моей груди. Ух ты! Девочка — огонь. Надо будет обязательно её натянуть на свой
ТУНИССКИЕ КАНИКУЛЫ. ДЕНЬ ВТОРОЙ