Некоторые женщины просто присаживались между машин, и только их макушки выглядывали над капотами и багажниками. Люди понимали общую проблему и старались не мешать друг другу. Отдельные дамы вообще никуда не шли, они просто присаживались на обочине отвернувшись от остальных, и пускали струйки. Я глазел на писающих дам, и мне местами было в общих чертах очень даже неплохо видно.
Мама видела как я смотрю на них, но ничего не говорила. Минут через тридцать она тоже стала ёрзать, стало понятно, что мама тоже хочет.
— Пойдем, сядешь между машин, а я покараулю, чтобы никто не шел, - предложил я.
— Давай, а то уже не могу терпеть, - согласилась она.
Мы вышли из машины и решили устроиться между нашей и стоящей впереди. Рядом никого не было, и я повернулся спиной к маме. Она присела, и послышался характерный шипящий звук бьющейся об асфальт струи. У меня возникло непреодолимое желание посмотреть на эту картину и я медленно немного повернул тело, а уже голову вывернул максимально. Тут же я заметил, что мама смотрит на меня и продолжает писать. Она ничего не сказала, а я воспринял это как разрешение смотреть. Повернувшись лицом я смотрел на мамину письку из которой вырывалась неослабевающая струя. Лицо мамы перестало быть сосредоточенным, и на нем появилась слабая улыбка. Мне было очень интересно и необычно смотреть в подробностях как мамочка при свете это делает.
— Подай мою сумочку из машины, - попросила мама.
Я выполнил её просьбу. Мама, продолжая сидеть на корточках, достала салфетку из сумочки и тщательно промокнула остатки мочи. Мне тогда показалось, что она перестала меня стесняться и не была против моего интереса к её наготе. Покончив с мокрым делом, мы вернулись в машину. Минут через сорок движение открыли, и мы продолжили наш путь.
На дачу мы приехали с опозданием и пока все запланированное сделали, наступил вечер.
— Натаскай воды побольше, - сказала мама, - нужно полить грядки и чтобы ополоснуться хватило.
— Ладно, сейчас займусь, - отозвался я.
Пока мама ковырялась среди грядок, я натаскал воды и принялся за поливку. Закончив, мы отнесли инструменты в сарай, и пошли в дом переодеваться.
— Польешь на меня из лейки? – спросила мама.
У нас не было нормального летнего душа, был небольшой закуток, обтянутый клеёнкой. Наверху была балка, на которую ставили бидон с приделанной к нему лейкой от душа. Бидон уже давно протекал, а починить его руки не доходили. Мы торопились, чтобы успеть все до заката. Я набрал воды в обычную садовую лейку и залез по приставленной лесенке наверх конструкции, выполняющей функцию душевой кабины. Мама вошла внутрь и сняла всю одежду, а я принялся поливать её из лейки, одновременно любуясь её красивым телом. Похоже, мама меня совсем не стеснялась, и мыла себя не обращая на меня никакого внимания. Несколько раз я наполнял лейку, прежде чем мама закончила с помывкой. Она обтерлась, обернулась полотенцем и ушла в дом. Через пару минуть она вышла одетой.
— Принеси пару ведер воды, я тебя буду поливать из чайника, - сказала она, - лейка для меня слишком тяжелая.
Я так и сделал. Зайдя в душ, снял всю одежду, а мама лила на меня воду. Меня только смущал мой стояк, который до этого я никогда не показывал маме. Я иногда бросал взгляд на маму, она только улыбалась в ответ. Мы закончили, собрались и поехали домой. На обратном пути никаких приключений не произошло.
С того времени у нас с мамой сложились свои особенные отношения. Она иногда позволяла поглазеть на свои прелести, уже не нервничая
Сьюзи ищет Хозяина. ГЛАВА 1. Коричневый пикап