ее подруга, Эмбер приближалась, пока две соблазнительницы не окружили Кэт.
— Да, — Кэт дала простой ответ. Ситуация заставляла ее нервничать, и она чувствовала, что потеет.
— Очень плохо. Мы могли бы повеселиться, — хрипло сказала Сэди, прижавшись губами к уху Кэт.
Внезапно вернув над собой контроль, Кэт отошла от двух девушек и повернулась к ним лицом:
— Извините, я не могу это сделать. Я уверена, что вы и вдвоём отлично развлечетесь.
— В следующий раз, девочка, ты присоединишься, — ответила Сэди, когда Кэт направилась к двери. После нескольких шагов ей в голову пришла мысль, и она повернулась к танцовщицам.
— Та дверь. Та, что выходит за пределы клуба. Что там? — спросила Кэт, надеясь, что эти девушки, которые пришли к ней, раскроют тайну.
— Это особенное место, — ответила девушка с пьяной улыбкой.
— Что вы имеете в виду? — спросила Кэт, пытаясь получить больше информации.
— Это место для вечеринок, — выпалила Эмбер.
— Да, ты идёшь туда с парнем на вечеринку, — добавила Сэди.
— Что за вечеринка? — спросила Кэт со смущенным взглядом, все еще не понимая или не желая понять.
Сэди шагнула вперед, поднесла губы к уху Кэт и медленно сказала:
— Ты идёшь туда, чтобы трахаться.
Внезапное осознание такой простой истины вызвало удивленное выражение на лице Кэт, и две других танцовщицы хихикнули, наслаждаясь ее смущением.
— Но только если Сэм скажет, что тебе можно, — заявила Эмбер.
С этими словами девочки добрались до конца раздевалки, оставляя Кэт одну на мгновение, прежде чем она повернулась и ушла. Вернувшись в главную комнату клуба, она остановилась и обдумала только что полученную информацию. Сначала она была шокирована, но чем больше она думала об этом, тем меньше она удивлялась, поскольку знала, что это были потрёпанные жизнью и часто отчаявшиеся женщины. Черт, во многих отношениях, это был один из ключевых аспектов ее исследования. Однако знание о том, что эти действия действительно происходили всего в нескольких метрах от нее, принесло странное чувство причастности к ним самой Кэтрин. Это не было хорошо или плохо, но это определенно заставило ее чувствовать себя по-другому, и она обнаружила, что смотрит на отдельных танцовщиц, задаваясь вопросом, насколько это было распространено и какие из них сделали этот шаг.
Как только она вошла в комнату и была замечена, Кэт быстро схватил покупатель, и в течение следующего часа она выпила несколько напитков и сделала три настольных танца, прерванных только ее движениями на сцене. Заканчивая, она поняла, что, кроме предостережений Сэма, это был гораздо менее напряженный вечер, чем в прошлый раз, и она была счастлива, что смогла минимизировать приставания и осталась вне приватной комнаты.
Во время поездки на такси домой, слегка возбужденная, но не пьяная, она подумала о клубе, об открытии, которое она узнала, и о своем втором опыте танцовщицы. Она пыталась убедить себя, что требование Сэма к ней танцевать было почти благословением, поскольку она получала перспективу, которую всегда оценит опытный исследователь. Но несмотря на попытки, ее мораль не успокаивалась, и чувства смущения, стыда и унижения продолжали возвращаться обратно. Были также деньги. Она знала, что ей платили за секс, и даже если это были просто прикосновения вместо полового акта, это привело к появлению у нее в животе ощущения тугого узла.
Кроме того, Кэтрин поняла, что ее реакции и возбуждение изменялись с каждым днем, проведенным в клубе. Во многих отношениях шокирующие вещи становились обыденными, почти привычными, и это заставляло ее думать о других девочках и долгосрочном влиянии работы на их жизнь и отношения. Хотя это не было тем, что она
Моя любимая деревня