ответила она, хотя слово вышло больше как просьба.
— Вставь, — потребовал он снова.
Кэтрин снова посмотрела на Шанталь в надежде на некоторую поддержку, однако улыбка девушки подсказала ей, что она не получит ничего. И тогда, как будто ее рука принадлежала другому человеку, она поняла, что двигает ее между ними, а затем опускает на член черного мужчины. Он оказался длиннее и толще, чем ее рука, которой она его держала, пульсируя в ее руке, словно это было отдельное живое существо.
— Ооооо... , — она громко застонала, когда толстая головка коснулась ее мокрого входа, затем, когда он осторожно толкнул бедра вперед, и кончик головки вошел, она ахнула:
— Ооооо... О, Боже.
Майлз сломал многих женщин своим могучим членом, поэтому он знал, как быть терпеливым в своих усилиях, и в течение следующих нескольких минут он вбивался в замужнюю белую женщину, пока она стонала и скулила от удовольствия.
Когда он вставил в нее половину члена, шок от осознания того, что она изменила мужу, оглушил Кэтрин. Это уже не было танцем в клубе, где иногда происходили непристойные прикосновения, и она не могла утверждать, что это было на пользу ее исследованиям. Однако не было никаких сомнений в том, что это было невероятно, поэтому она решила позволить ему немного больше войти, и тогда она остановится. Действительно, несколько раз она была на пороге остановки, но чувство продолжало накапливаться, и она позволяла этому продолжаться, пока он не оказался полностью в ней, наполняя ее таким образом, о котором она никогда не мечтала. Когда он вырвался наполовину, а затем вонзил его вновь, она уже была на грани оргазма, которого она очень хотела.
Будучи полностью в Кэтрин, Майлз замедлился в первые несколько ударов, пока не почувствовал, что ее смазки стало достаточно, а затем он начал двигаться умеренным, глубоким движением, которое, как он знал, приносило ему непрерывные стоны и вскрики, исходящие от нее.
— Это... оооооо... так хорошо... я никогда... Боже мой, — прошептала она.
У Кэтрин было сильное чувство наполненности, которое сильно отличалось от всего, что она испытывала, и толстый стержень растягивал ее отверстие, приводя ее клитор в непосредственный контакт с кожей толстого члена черного мужчины. Каждый удар был равен десяти из всего, что было у ее прошлых любовников, и она знала, что испытывает такое впервые. В добавление к уникальности опыта было отсутствие эмоциональной связи с ее партнером, что полностью объясняло чисто физический аспект.
— Он чертовски хорош, — услышала она шепот голоса Шанталь.
— Дааааа... , — ответила Кэтрин, больше не желая отрицать своего возбуждения.
— Я знал, что ей было нужно потрахаться, — добавил Майлз, что на удивление только усилило волнение молодой жены.
Кэтрин продержалась всего минуту, прежде чем кончить прямо в рот в темнокожего мужчины безумным криком, сорвавшимся с ее искусанных губ.
— О, Боже... О, Боже, мне так хорошо... ПОЖАЛУЙСТА... О, ПОЖАЛУЙСТА, ЗАСТАВЬ МЕНЯ ЕЩЕ КОНЧИТЬ ВОТ ТАК... , — крикнула она, словно блудница, испытывая невероятную радость.
Ощущение, что ее киска сжимает его член в серии спазмов в сочетании с ее криками, взволновало Майлза, и как только она начала корчиться под ним, он выпустил свое семя в ее растянутую киску.
— Трахни, да, детка... , трахай, да... возьми детский сок... возьми его... , — хмыкнул он, выгнув спину и сильно прижавшись к ней своими бедрами.
Черный мужчина рухнул на Кэтрин, и они оставались соединенными, пока их дыхание замедлилось. Когда они перешли к развязке, Шанталь была там, чтобы взять ее за руку и подтянуть к середине кровати, так что теперь она оказалась между двумя ее
История начала 2