вверх — пусть твои ноги свисают с ее ног так, чтобы мы могли сравнить обе ваши пещерки.
— О, Джек! — В ужасе воскликнули мать и дочь, пристыженно глядя друг на друга, но я был непреклонен. Элис стала пунцовой, но ее глаза блестели от нетерпеливого ожидания, и она радостно улыбнулась мне, когда наши глаза встретились — несомненно, она наслаждалась собой.
Мод неохотно подчинилась. Когда она разделась, я заставил ее сесть сверху на Хелен, а затем осторожно опустил ее на спину, пока она не легла на мать, обнявшую дочь и удерживающую ее тем самым в нужном положении. Их сладкие норки теперь располагались одна над другой, являя собой очаровательнейшее зрелище.
— А теперь, дорогая Элис, разденься и ты! — сказал я ей нежно. Очень удивленная и несколько смущенная Элис медленно подчинилась и стыдливо предстала передо мной во всей своей наготе. Бросив восхитительный, но торопливый взгляд на ее прелестную, робко сжимающуюся обнаженную фигурку, я заставил ее опуститься на колени между раздвинутых ног Хелен и сесть на пятки, а затем и сам опустился на колени позади нее, обвил ее руками, нежно обхватив ее груди, положил подбородок на ее правое плечо, чтобы мы могли вместе любоваться пикантным зрелищем — интимными сокровищницами матери и дочери.
В восхищенном молчании мы наслаждались открывшимся зрелищем, и подрагивание Элис свидетельствовало о ее едва подавляемом возбуждении.
— Разве они не сладкие?! — прошептал я. Элис нетерпеливо кивнула, слишком взволнованная, чтобы говорить, ее глаза сияли похотливым огнем. Еще немного поразмыслив, я вновь прошептал:
— Открой пещерку Мод, дорогая, чтобы мы могли посмотреть, что там внутри!
Элис радостно подчинилась, и своими хорошенькими пальчиками широко раздвинула нежные губки влагалища Мод, открыв прелестную внутренность, розовую и сочную, увенчанную выступающим и сердитым клитором, который, казалось, притягивал ее девичий взгляд.
— А теперь открой ее у Хелен, моя дорогая, — прошептала я. Элис быстро опустила руки и, положив кончики пальцев по обе стороны от четко очерченной и набухшей щелки своей тетушки, открыла ее норку для моего осмотра.
— Ты видишь какое-нибудь фамильное сходство, дорогая? — спросил я с улыбкой.
Элис беззвучно рассмеялась:
— Конечно! Они очень похожи друг на друга, — тихо произнесла она. — Только у тети она гораздо больше и... и... просторнее! — добавила она с озорной улыбкой, которая заставила меня ласкать и сжимать ее милые маленькие груди еще активнее, чем прежде. Затем Элис сама начала гладить и играть с великолепной парой кисок, находившихся перед ней, отдав каждой по одной руке, в то время как Хелен и Мод восхитительно изгибались и извивались, издавая невольные тихие стоны удовольствия, пока нежные пальцы Элис ласково блуждали по их чувствительным холмикам. Ее глаза танцевали от восторга.
— По-моему, с них хватит, дорогая! — сказал я наконец, и мы с Элис встали, помогая Хелен и Мод подняться на ноги.
— А теперь, Джек, прежде, чем ты изменишь ее навсегда, Элис должна и нам позволить осмотреть ее девственную норку! — взволнованно воскликнула Мод.
— О, нет, Мод! Нет, нет, Джек, пожалуйста! — взмолилась Элис, залившись краской.
— Милая Мод, мне бы тоже хотелось изучить ее! — сказал я. — И это будет наш последний шанс. Так что ложись, дорогая!
С пылающим румянцем на щеках, Элис, стыдясь, медленно подчинилась. Хелен и Мод в восторге широко раздвинули ей ножки и, встав на колени между ними, принялись рассматривать девичью сокровищницу Элис, в то время как я, подойдя к ним сзади, также опустился на колени, положив свою голову между их головами, и обхватив своими руками их обоих, начал ласкать ладонями грудь
Любовь любовь...