бегали по двору, нападали на благонравных монахинь и принуждали их лишиться девтвенности. Напали они и на Эрминию. Только мы оказались поблизости и загнали их в лазарет, где сестра Агнис принялась их лечить. А я так и осталась девственницей. Давно хотела с ней расстаться, даже обращалась к сестре Агнис, но та исповедует принцип «Не навреди». И вот я здесь!
— А почему тебе не попросить об этом сестру? – спросил Доменико. – Я полагаю, что она вполне бы справилась. Или решить эту проблему с помощью своих пальцев.
— Не женское это дело лишать девственности других женщин, – ухмыльнулась Жозефина. – Впрочем, если ты отказываешься...
— Нет, нет! Я готов! – воскликнул Доменико, показывая ей темно-красный член с вздувшимися венами и светлой каплей на вершине головки. – Только нужно какое-то масло, чтобы он скользнул внутрь.
— Да какое там масло! – басом взревела Жозефина, срывая с себя рясу. – Сяду на твой член, и все! Только ты сделай так, чтобы я после не ходила с животом.
Обещать Доменико не стал. Он просто откинулся на спину и выставил член вертикально.
Тут произошло следующее. Несмотря на поздний час, в домик отца Ромеро вошли аббатиса Эрминия и травница Агнис.
— Вся компания в сборе! – воскликнула Эрминия. - Доменико, Кларисса и две сестренки! И, кажется, собираются заняться интересным делом в объятиях кастрата!
И тут же добавила:
— Да он и не кастрат вовсе! Ну, хитрец, обвел старуху вокруг пальца!
— У нас имеется сомнение, уважаемая Эрминия, – важно сказал Доменико, нежно поглаживая член. – Как отнесется община монастыря к появлению беременных сестер?
— Пусть это тебя не беспокоит, брат Доменико, – ответила Агнис. – Есть тайные средства, применявшиеся древнегреческими гетерами, останавливавшие менструации. Я нашла прямую связь между прекращением оных и зачатием. С некоторых пор я добавляю эти средства в пищу.
— Так что наслаждайтесь жизнью! – радостно добавила Эрминия и первая полезла на член Доменико...
Удовольствие