приготовил ей ужин в доме. Эрин, похоже, не собиралась говорить о прошлой ночи, и я тоже не стал, потому что все еще оставалось то, что я пытался прояснить в своей голове. Той ночью мы рано легли спать и быстро уснули, отказавшись от всяческих занятий любовью.
***
Наступило утро четверга, и после завтрака мы потягивали кофе и пытались составить план на день. Мы уже обошли все маршруты, которые наметили перед приездом сюда, а Эрин надоело ходить по магазинам, поэтому мы побродили по дому и немного почитали, прежде чем выйти в город на обед. Позже мы почитали еще немного, а затем вздремнули, что продолжалось до позднего вечера.
— Это был расслабляющий день, но мне становится скучно, — объявил я.
— Что ты хочешь делать, дорогой? — ответила Эрин.
— Я не знаю. Есть идеи? — спросил я.
— Мы можем ненадолго пойти в какой-нибудь ресторан, где есть суши. Там ты сможешь выпить немного сакэ, — ответила она, улыбаясь.
Это была наша общая шутка, мол, сакэ на меня не действует. На самом деле, действует, конечно, и достаточно, но я всегда утверждал, когда накидывался, что ей не о чем беспокоиться. После одного грандиозного похмелья она пошутила на этот счет, и это отложилось.
— Отличная идея! — сказал я, не желая принимать ее насмешку.
Мы добрались до ресторана в семь, но пришлось ждать, поэтому мы получили место не ранее семи тридцати. Конечно, во время ожидания я начал с маленькой бутылочки сакэ, поэтому к тому времени когда мы сделали заказ, я был очень расслаблен.
— Я собираюсь уложить тебя в кровать сегодня вечером, — прошептал я, наклонившись над столом.
— Ну, я на это надеюсь. Прошлой ночью ты был как-то не очень, — ответила она с широкой улыбкой и блеском в глазах, давая понять, что она в хорошем настроении.
Я откинулся на стуле, принимая упрек на свой счет, из-за чего она начала хихикать.
— Это был странный отпуск, — сказал я, глядя на нее с усмешкой.
— Очень странный, — ответила она, ее лицо на мгновение изменилось, прежде чем вернулась улыбка, и она спросила: — Ты хорошо провел время?
— Конечно. Я всегда хорошо провожу время с тобой, — искренне, но серьезно сказал я, и то, что это получилось без усилий, было воспринято Эрин как огромный комплимент.
— Я люблю тебя, — объявила она мне и всем столикам рядом.
Мы медленно ели, наслаждаясь хорошей едой и обществом друг друга, так что, было почти девять, когда мы встали, чтобы уходить. У меня в голове был заметный гул, у Эрин, похоже, тоже, поэтому я спросил, не хочет ли она куда-нибудь поехать.
— Хочешь выпить, прежде чем мы вернемся? — спросил я.
— Конечно, куда ты предлагаешь пойти? — ответила она.
— Как насчет бара в старом отеле на углу? — предложил я.
***
Мы дошли до конца квартала и вошли в отель, но бар был совершенно пуст. Не было даже никаких признаков бармена.
— Не очень вдохновляет, — прокомментировала она.
— Да уж, сюрприз. Есть другие идеи? — спросил я.
Мы немного помолчали, пока думали, а потом Эрин спросила:
— А как насчет того места с живой музыкой, о котором рассказывал парень тем вечером? Разве он не сказал, что в четверг будет большое представление?
— Правильно. Кажется, сломанное что-то, — ответил я.
— Брокен-Йок, — уточнила она.
Пятнадцать минут спустя, остановившись в указанном месте, мы стояли у двери и платили пять долларов за вход. В целом это было одно большое помещение с длинным баром, прикрывающим примерно половину стены напротив сцены. Определенно — не место для избранных в
На блядку с женой