Категории: Гомосексуалы
Добавлен: 09.07.2020 в 14:55
я мог отказать ему, когда он сделал такое для меня, а сам заболел? Я забрал оба мешка. — Валерий Петрович, можно я к вам буду приходить после занятий? — Спросил я уже у выхода.
— Да, конечно, приходите. — Он снова улыбнулся.
— Может вам что-нибудь купить?
— Нет, спасибо, Алексей, у меня всё есть.
И всё же я не смог удержаться.
— Можно я вас обниму?
— Нет, Алексей, этого делать не стоит. — Он сделал шаг назад и кажется, я заметил на его лице некий страх. Я никогда не видел такого выражения на его лице. Но я списал это на его состояние. Я взял пакеты с мусором и вышел.
На следующий день после занятий, я снова пришёл в Валерию Петровичу. Он знал, что я приду, поэтому открыл дверь заранее. Когда я вошёл, он был в ванной, судя по характерным для этой комнаты звукам.
— Валерий Петрович, это я. — Подал я голос, чтобы сообщить ему о своём приходе.
— Хорошо. Я сейчас выйду. Проходите в кухню.
Я медленно, рассматривая интерьер прошёл. В гостиной я не мог не заметить на стене появилась ещё одна маска, такая же уродливая как другие, коих было больше десятка. Я рассматривал их и в какой-то момент, я услышал, что меня кто-то зовёт. Прямо из одной маски, слышал голос, похожий на отголосок на ветру. Я наклонился ближе, чтобы прислушаться. И всё повторилось. Повинуясь какой-то неведомой силе, я хотел прикоснуться к ней.
— Я рекомендую вам этого не делать, Алексей. — Остановил меня голос Валерия Петровича.
Я резко отдёрнул руку и всё пропало, словно ничего и не было.
— Извините, я не знаю, что на меня нашло. Просто захотелось прикоснуться.
— У меня будет к вам одна просьба, Алексей. Вы можете на всё смотреть, но прошу, вас, ни к чему не прикасайтесь, как бы вам этого не хотелось.
— Ого, а можно знать почему?
— У каждого предмета в этой квартире своя история, своя жизнь в прошлом — и он указал на маски и статуэтки, — настоящем — его рука переместилась в сторону удивительной красоты цветов, которые росли в не менее красивых кашпо — и в будущем — он указал на огромные пустые вазы. — Прикасаясь к ним, вы прикасаетесь к их истории, к их жизни. У одних она, как и у вас была красивая, у других не очень, а у третьих такая, что лучше не знать об этом.
Офигеть, Валерий Петрович рассказывал так, что я как будто сам сейчас всё это прожил, сам окунулся в мир этих предметов. И мне всё больше и больше нравилось с ним разговаривать и бывать у него дома.
Я каждый день приходил к нему после занятий и помогал ему по хозяйству. Собирал всю грязную одежду, и после стирки развешивал её на балконе. Хотел помыть пол и посуду, но он запретил мне делать это. Не знаю почему, но он не позволял мне обнять его, а мне так хотелось к нему прикоснуться. Объяснить я это не мог, просто возникало такое желание — проявить свою благодарность. Однажды придя к нему в очередной раз, я заметил, что картинка на потолке больше не создавала такого эффекта, хотя в первый раз я был уверен, что некоторые фигуры двигались.
Мы снова сидим на кухне, пьём каждый своё, он чай, я кофе.
— Валерий Петрович,
а что эта картина у вас на потолке означает?
Мой вопрос заставил его оторвать свой взгляд от кружки и изучающе посмотреть на меня. Смотрел он так, словно проверял, готов ли я к ответу.
сцены семейной жизни (эпизод 6)