Я также узнал, что он в настоящее время развелся, но был женат три раза и имел шестерых детей. По старым фотографиям я смог узнать, что по крайней мере одна из его жен была белой.
В течение следующих четырех месяцев я боролся с собой, зная, что в конце концов сдамся. Я выбрал пятницу, чтобы позвонить ему в конце дня, надеясь, что его не окажется на месте.
— Привет, Малкольма Джонсона, пожалуйста! — сказал я по телефону девушке из приемной.
— Могу ли я узнать, кто ему звонит? — ответила она профессионально.
— Скажите Малкольму, что это старый друг из колледжа, — ответил я.
— Подождите пожалуйста, — ответила она после короткой паузы.
— Малкольм Джонсон слушает, — раздался на линии его громкий голос.
— Да, мистер Джонсон, вы мнея не знаете, мы учились в колледже в одно и то же время, и у меня... есть кое-что, о чем я хотел бы поговорить с вами, — сказал я, то и дело спотыкаясь на каждом слове.
— Кто это и что ты хочешь? Я занятой человек, — с нетерпением отозвался он.
— Ну, это довольно сложно объяснить, я надеялся, что мы могли бы встретиться, чтобы обсудить это, — мои слова вновь вышли неуклюжими.
— Нет, я не собираюсь с тобой встречаться, если ты не скажешь мне, что это, — сказал он, и я услышал, как телефон отключился.
«Не очень хорошо прошло», — подумал я про себя. Возможно это к лучшему, что мне не удалось всё выяснить, так подсказывал мне здравый смысл. К сожалению, эти мысли быстро исчезли, и вскоре я снова стал одержим необходимостью знать всю ситуацию. Я знал, что звонить не имеет смысла, поэтому начал следить за ним, чтобы изучить его привычки. Я уходил с работы немного раньше, чтобы следить за ним, когда он выходил из офиса. Благодаря этим усилиям я узнал, что на пути к его таунхаусу был спортивный бар, где он, похоже, имел привычку иногда останавливаться. Я решил, что это будет именно то место, где я постараюсь установить контакт.
Прошло четыре недели, прежде чем он остановился в баре в день, когда я следил за ним. Я выехал на парковку и нашел место через дорогу от его машины и, дав ему десять минут, вошел внутрь. Он сидел в
баре спиной к двери, с двух сторон от него сиденья были свободны, и, глубоко вздохнув, я сел на стул справа от него.
Малкольм посмотрел на меня и кивнул, когда я сел. Когда я заказал пиво, я увидел, как он смотрит большую бейсбольную команду по телевизору. Малкольм пил водку сразу, и через несколько минут я прокомментировал игру команды и получил от него дружеский, но короткий ответ. Мы ходили взад-вперёд до следующего раунда, пока я не набрался смелости.
— Ты Малкольм Джонсон, не так ли? — спросил я.
— Да, это я, — ответил он, вероятно, радуясь быть узнаваемым.
— Мы учились в колледже в одно и то же время, — сказал я нервно.
— О, правда? Круто! — ответил он.
— Да, на самом деле я думаю, что знаю девушку, с которой ты встречался, — сказал я ему, ощущая как мой желудок скручивается в тугой узел.
— Кто это? — спросил он, не показывая никаких подозрений.
Моя подруга и наши мужья