из Вовкиных гостинцев. Посиделки заканчивались на моей постели, которая была слишком мала для троих и мы с Надькой по очереди наведывались к Володе из кухни. Отведя душу с братом, Надюшка собиралась домой с ехидными пожеланиями нам с Вовкой, не затрахаться до смерти и не отпускать его, пока не пообещает приехать в следующем месяце к своим непутёвым сёстрам, чтобы разнообразить их женское одиночество.
* * *
Но вот однажды у меня дома раздался звонок в дверь и на пороге предстал передо мной Сергей. Вид у него был ужасный. Одежда грязная, будто сын валялся в грязи и по всему видно, что выпивший. Таким я его никогда не видела и первое о чём я его спросила с упавшим сердцем:
– Серёга, что случилось? Ты же пьяный, на ногах не стоишь! Снимай с себя всё грязное шматьё. Это в стирку. По какому случаю так надрался? Жена тебе голову оторвёт, дураку.
Но он только беззвучно шевеля губами, что-то бормотал про себя, с повлажневшими глазами.
Когда сын разделся и побросал в прихожке грязную одежду, я повела его в ванную умыться и привести себя в порядок.
– Теперь тебе лучше поесть, пока совсем не развезло, – усадив его на кухне, я на скорую руку собрала на стол, заставив поужинать и дождавшись пока он поел, принялась за расспросы.
– Теперь, сынок, рассказывай, что произошло. С чего вдруг ты напился? На работе что-то или дома какие неприятности?
Он хмуро посмотрел на меня и утвердительно кивнув, сказал:
– С работой порядок, мам. А дома у меня теперь нет.
Я съехидничала, предположив:
– Снарядом что ли угодило?
– Считай, что так и было. Ни жены, ни квартиры.
Тут я поняла, что Сергей не шутит и дело действительно серьёзное.
– Говори, не мытарь матери душу. Я ведь чёрт знает, что могу подумать! Нечего загадками изъясняться. Что произошло, Серёжа?
Сын, отрешенно кивнув головой, стал говорить.
– К обеду у нас бетонные перекрытия закончились. Надо было ехать на завод и срочно забирать со склада штук десять на первое время. А там всё по пропускам и разнарядкам. То есть паспорт необходим, пришлось гнать машину домой за документом, чтобы успеть получить панели до конца дня. Приезжаю, захожу в квартиру...
Тут он запнулся, растеряно взглянув на меня и криво улыбнувшись, зло продолжил:
– Слышу, из спальни музыка доносится, опять Снежанка свои журнальчики со шмотками листает. Дверь прикрыта, меня из-за музыки не слыхать, я заглянул в комнату...
Он замолчал, сжав кулаки, затем полез в карман за сигаретами и закурил, удерживая спичечный коробок дрожащими пальцами.
– Мам, ну почему ты бываешь всегда права? Вот чего этой твари не хватало со мной? Не хочешь работать, не работай, сиди дома, листай свои журналы, жди мужа с работы. Ну за целый день набегаешься, домой едва придёшь, а у неё ужин не готов, за продуктами ей не было времени сходить. Приходиться в дверях поворачиваться и спускаться в магазин за хлебом или чего там скажет.
– Ну что ты тянешь, мне самой что ли догадываться?
– Как в анекдоте, муж с работы, а она с любовником в пастели кувыркается и на изнасилование не очень-то похоже. Потому, как она на нём верхом скачет, а он ей сиськи руками поддерживает. И в такой они раж вошли, что на меня ноль внимания, а на стене зеркало висит и отражение в нём этого дуэта, очень их вдохновляет. Взял я с телевизора хрустальную вазу и шарахнул в это отражение. Тут они и на меня обратили внимание. Но я не стал спрашивать, что здесь творится. Только сказал, чтобы продолжали, а сам взял
нудистский пляж