мириться с ним, смотрю, не сладится у вас ничего. А как-то заявился к нам домой, Витюшки на то время дома не было. Возьми и пристань ко мне с нежностями, я сперва не сообразила, чего ему вдруг приспичило, у меня на груди плакаться. А уж, как дошло до меня, то и спрашивать было не зачем. Потешится, думаю, да уйдёт с глаз долой. Не ушёл он, Люсенька, так и остался квартировать в моей постели. Знала, что это долго не продержится, найдёт кого-нибудь, а там только я его и видела. А тут, как-то уехал он в командировку, я всё ждала, всякий раз, что не вернётся когда-нибудь. И такая меня тоска взяла, хоть волком вой. Привыкла уже возле мужика быть в постели. Спала без него как-то тревожно. И вдруг сквозь сон чувствую на груди руку. Видать, вернулся из своей командировки и меня не стал будить, тогда зачем грудь мне тревожить? Лежу молча, жду ровно чего. А уж когда руки мне под рубашку запустил и трусы с меня потянул, то и тут просыпаться не стала, хотя и спала не крепко, и всё это, по началу, за сон приняла, дура старая. – Люся отвела глаза от письма матери и, припомнив тот, скандальный случай с братом, когда он ухватил её за грудь, вдруг догадалась. – Тут, дочка, у меня словно пелена с глаз упала. Глаза вытаращила на него, а это не Петр у меня в ногах трётся и руками лапает, а родной сынок мамку свою трахать настроился. Как и что там дальше было, рассказывать не буду, только поняла, что слишком поздно, хватилась. Отлежалась я под Витюшей, укоряя себя в своей беспечности. Мне бы раньше к сыну присмотреться, взрослеть парень стал, а девушкой не обзавёлся, пострел. Сделал он, что задумал, тут я стала рыдать, просить, чтобы уехал куда-нибудь, пока в армию не забрали. У нас и поступить на учёбу некуда. Говорю ему, езжай хоть к сестре, может, там где устроишься. Только просила тебе не рассказывать о Петре. А теперь жалею, что умолила его уехать. Петр уже два месяца не показывается. Был бы рядом Витенька, не так одиноко мне было бы. Он ведь мальчишка ласковый, послушный. Тогда, Люсь, я кончила под ним, только он не понял, молодой ещё. Говорю тебе потому, что если у тебя нет никого, то не гнушайся мальчишкой, ему наука, и тебе в сладость. Прости меня, доченька, что вывалила на тебя свои проблемы. Виновата я, детки мои, перед вами.
Люся уронила руки на колени и задумалась. Предательство бывшего парня уже не мучило её, как прежде. Но его подлость, по отношению к одинокой матери, бесила своей наглостью. Она стиснула голову руками и попыталась сдержать закипающий в душе гнев.
А этот олух, Витюша, насмотрелся на их распутство и решил, что если не с матерью, так с сестрой прокатит, за что и получил от неё. А собственно за что? Годы у него подошли, парень замкнутый, девок сторонится. Так и мать скандалить не станет, если выбрать подходящий момент. Ведь выбрал же, паразит! А если и сестра окажется не при мужике, почему бы не попробовать с ней?
В дверь позвонили и Людмила пошла открывать, вытирая глаза рукавом блузки. На пороге стоял младший брат.
– Чего пришёл? – настороженно произнесла Людмила.
– Проведать пришёл.
– Проведать или проверить? – с сомнением уточнила она.
– Что проверить? – Не понял Виктор.
– Вдруг у меня любовник, как у нашей мамочки. А если нет любовника, может, мне самой воспользоваться твоими услугами, Витюша,
Как сказка стала былью (Нарвавшаяся грязнуля)