секса. Что-то я совсем обнаглела, так разговаривать с собственной матерью. Мне стало очень неудобно перед ней, но желание секса иногда берёт верх над моими принципами. Дала команду бортовому компьютеру разложить кровать и убрать сиденья, и мы тут же оказались лёжа на боку лицами друг к другу. Не давая маме опомниться, я опрокинула её на спину, схватила за упругие груди и вновь припала к её бесподобным губам. — Таня, ну что ты делаешь, не надо! — вырвалась она из моего поцелуя. — Чур, я первая! — отрываю одну свою руку от её груди и ласково провожу по влажной промежности. — Ах, — вырывается из маминых уст. — Таня, прекрати! — Мам, мы же с тобой уже́ сколько раз такое делали. Ну, почему сейчас-то нельзя? Ты же сама хочешь. Вон, мокрая вся, хоть выжимай. — Ладно. Только давай быстрее, прилетим скоро. Она чуть раздвинула ноги, и я тут же заняла место между ними, задрала подол её платья на живот и, стянув трусики, припала к её бесподобным половым губкам. Она тут же сжалась в комок, взяла мою голову в свои нежные руки и стала направлять меня в нужное русло. Запах и вкус этой нежности с афродизиаками привёл меня в такой восторг, что член тут же вывалился из своего убежища и упёрся в кровать, готовый продырявить её насквозь. Если бы не мой большой живот, я точно пропахала бы борозду в этой постельке. Буквально несколько секунд моих интенсивных действий и мама, вскрикнув, взорвалась, прижав мой порхающий язычок к своему клитору. Вот что значит долгое воздержание. Отдышавшись, она потянула меня за голову на себя и я, перебирая коленками, потащила свои груди по плоскому, подрагивающему животику, задирая её платье ещё выше. Мой член больно задевал за постель и я, чуть выше задрав свою попочку, поползла туда, куда направляли мамины руки. Как только мой живот почти лёг на неё, двигаться стало труднее. Мама, тянувшаяся к моим влажным от собственных соков губам, почувствовала, что моё пузо застряло между ног и, раздвинув их по-шире, стала подкидывать свои бёдра, легонько подталкивая мой арбуз своим лобком. Несколько таких толчков и я, продвинув живот дальше, дотянулась до приоткрытых губ моей заждавшейся родительницы и слилась с ней в страстном поцелуе. Последний её толчок продвинул меня так, что пузо легло в ямочку, образовавшуюся на животике мамы из-за приподнятых бёдер, и, как только мои губы оказалась точно над её, я почувствовала, что мой каменный член находится в чём-то мягком, скользком и горячем. Я непроизвольно двинула свои бёдра навстречу этому блаженству и почувствовала, как мой лобок упёрся в мамин, а напряжённый орган обволакивают и сжимают её сочные бугристые мышцы влагалища. Я оторвалась от маминых губ, приподняла голову и, посмотрев на маму, увидела её испуганно-томные глаза. — Что же мы с тобой наделали, доченька? Как же я папе в глаза смотреть буду? — Придётся мне с ним переспать в твоё отсутствие, — прыснула я от смеха, и мама загадочно улыбнулась, плотнее насаживаясь на мой орган. — Кончай уже́, моя маленькая извращенка. Скоро прилетим, — ласково сказала она, прикрывая свои очаровательные глазки от удовольствия. Всего несколько минут монотонных движений и мы обе забились в обоюдно страстном оргазме, наполняя мамину киску до краёв после столь долгого периода воздержания. Выглянув в окно, мы увидели, что давно висим над крышей дома маминых родителей, поэтому быстренько привели себя в порядок и я дала команду спуститься к подъезду. Во дворе стояла тишина. Из людей никого, двери всех подъездов разбиты. Некоторые просто были сорваны с петель и валялись возле входа. Окна
Хорошая девочка)